Примечания:

1 — Даневирке — система укреплений на земле Шлезвиг-Гольштейн, построенная в эпоху викингов, в период с 737 по 968 гг. Стены тридцатикилометровой протяжённости вала изготовлены из земли, но имелись участки из камня и иногда даже обожжённого кирпича. Былая высота валов — 3,6 до 6 метров, но к моменту действия романа там сохранились только жалкие бугорки, местами возвышающиеся до пары метров. Sic transit gloria mundi (2), как сказал бы Таргус.

2 — Sic transit gloria mundi (лат.) — Так проходит мирская слава.

3 — Сapitaneus (позднелат.) — военачальник, слово берёт происхождение от caput (лат.) — голова.

Глава XI. Клятва

//Осадный лагерь близ города Шлезвиг, 10 февраля 1734 года//

— Я тут что подумал… — герцог, стоящий перед походным столом, испытующе посмотрел на Таргуса.

— Ну? — без особого интереса спросил тот.

— Надо забрать всю хренову Данию! — стукнул по походному столу разбушевавшийся Карл Фридрих. — Сразу титул короля! По праву сильного! Как в старые времена!

— Не теряй, твою мать, голову! — окрикнул его Таргус своим детским голосочком. — Мы пришли сюда за своим! Дипломатические последствия будут даже у того, что ты отнимешь у них Шлезвиг! Если забрать всю землю данов, то уже в следующем месяце здесь будут франки, англо-саксы, русские и ещё чёрт его знает кто! По кусочку за раз!

Герцог недовольным взглядом посмотрел на сына, а затем расслабил лицо и понуро кивнул.

— Ты как всегда прав, — произнёс он. — Не дадут мне Данию. А очень жаль.

— Да нахрена тебе эта страна без полезных ресурсов в недрах? — задал резонный вопрос. — Тут же нихрена нет, кроме немытых данов! На сегодняшний день нам достаточно Шлезвига, но никто не мешает заняться остальной частью королевства данов в следующий раз, лет через десять! Кто знает, как оно будет через десять лет? Может, Карл VI очень жидко обосрётся в этой войне и не будет никакой «Священной Римской империи»? Тогда будет очень много возможностей по наращиванию нашего военного потенциала.

— Тише ты… — испуганно попросил его герцог. — Накличешь беду…

— Да здесь все свои, расслабься, — усмехнулся Таргус. — В радиусе пятисот метров только мои солдаты, а они болтать не будут, болтунам это слишком дорого обходится. Ладно, засиделись мы что-то… Пойдём, нужно провести посвящение солдат в легионеры.

У подготовленного плаца стояли стройные коробочки восемнадцати когорт. Две когорты являются дежурными, поэтому их посвящение произойдёт завтра.

— Доблестные воины! Победители данов! — широко и счастливо улыбающийся герцог стоял на трибуне в специально сшитой его личными портными для этого случая одежде. — Освободители родных земель!

Одежду стилизовали под древнеримскую: лорика, кожаный дублет с собранными наплечниками, на теле туника, палудаментум на плечах, на голове стальной шлем с гребнем из конского волоса, выкрашенного в красный. Физиономия гладко выбрита, довольно узкое лицо смотрит на собравшихся солдат счастливо, будто это день, о котором он и мечтать не мог.

— Храбрые воители! Безжалостные к врагам и милосердные к друзьям! — продолжал разглагольствовать Карл Фридрих. — Сегодняшний день станет знаменателен тем, что вы наконец-то станете легионерами и получите свои сигнумы когорт и аквилы легионов! Капитан первой когорты первого легиона «Фиделис» Клаус Лютер! Для получения сигнума первой когорты, ко мне!

Клаус Лютер, двадцатилетний сын сапожника-алкаша из города Киля, которого отец очень легко фактически продал за три рейхсталера, обладающий выдающимися физическими показателями, а также неплохой сообразительностью, немного растерялся, вылупив свои карие глаза на герцога. Затем он взял себя в руки и вновь собрался.

— Есть, Ваша Светлость! — вышел он из строя и чеканным шагом направился к трибуне.

Поднявшись на трибуну, он встал перед улыбающимся Карлом-Фридрихом, держащим в руках сигнум с наконечником из поднятой ладони.

— Клятву верности Его Светлости Карлу Петеру Ульриху, прине-сти! — приказал герцог.

Таргус очень удивился этому, так как по плану мероприятия клятву легионеры должны дать Карлу-Фридриху.

Когорта, потерявшая двести восемьдесят два солдата в позавчерашнем бою, встала на одно колено. Это был единственный раз, когда в уставе было прописано такое действие — клятва легионера. Все как один, они начали произносить заученную клятву на чистой латыни:

— Клянусь Богом, Христом и Святым Духом, а также Величием Его Светлости Карла Петера Ульриха, который вслед за Богом должен был быть самым любимым и почитаемым всеми людьми, что буду неуклонно выполнять все приказы его, никогда не дезертирую и не откажусь умереть за Его Светлость Карла Петера Ульриха! Буду сражаться с врагами Его Светлости как со своими собственными и не сложу оружия до тех пор, пока кровь врагов Его Светлости не зальёт все площади, улицы и дома вражеских городов, истечения срока моей беспорочной службы или смерти!