В отличие от франков, иберы не захотели или не смогли оснастить солдат новыми пулями, поэтому дальность стрельбы их мушкетов оставляла желать лучшего. Нет, они стреляли в ответ, но попадали только случайно.

— Пехоте — стоять! Беглый огонь! — приказал Таргус сигнальщику.

Встав вне зоны досягаемости вражеских мушкетов, легионеры продолжили обстрел, только теперь перезарядка шла быстрее и точность была выше.

Совершенно новая методика войны ввела командование иберов в прострацию, они просто не знали, что нужно делать в таких ситуациях, учебники по тактике об этом молчали, ибо никто так раньше не воевал.

Забахали пушки вдалеке, по легионерам ударили ядра, выбивая из строя по три-четыре человека за попадание.

Автоматически, без каких-либо напоминаний по вражеской артиллерии ударили пушки, переключившись с изодранного центра построения иберов.

Наконец, кто-то во вражеском командовании осознал, что их армию безнаказанно истребляют с недосягаемой дистанции и её неплохо было бы сократить.

Иберы двинулись вперёд, затем побежали с примкнутыми штыками, по пути теряя солдат, а потом настал час ближнего боя.

Началась самая ожесточённая часть противостояния, умирали люди, кровь лилась рекой, артиллерия палила как отчаянная, к этом присоединились мортирки, быстро заволокшие себе обзор дымом после трёх залпов.

Исход был ясен с самого начала: слишком редким был строй иберов, а чем реже строй — тем ниже эффективность подразделения в ближнем бою.

В итоге иберы бежали, бросая раненых.

Таргус с удовлетворением наблюдал как легионеры штыками добивали ещё живых солдат врага, а затем вновь выстроились в наступательную формацию и принялись ждать его приказов.

И у него будут для них приказы. Много приказов.

Примечания:

1 — Избирательная капитуляция — документ, подписываемый кандидатом на выборный государственный пост, в котором он давал согласие на принятие этого поста в случае победы на выборах и исполнение описанных в документе обязательств. То есть это что-то вроде предвыборных обещаний, только за них серьёзно спрашивали, в отличие от нынешних времён, когда выполнять их совершенно необязательно. В данном случае речь идёт о составлении курфюрстами избирательной капитуляции для новоиспечённого кайзера, который должен будет выполнить все её условия после восшествия на трон. В нашей истории курфюрсты постепенно выжали у кайзеров кучу послаблений для себя, в основном после Вестфальского мира 1648 года, когда подписание избирательных капитуляций кайзерами стало обязательным. Курфюрсты как никто другой знали, что новый кайзер — новые ништяки.

2 — Quidquid latet, apparebit (лат.) — Тайное становится явным.

Глава XV. Трапперство

//Священная Римская империя, близ Штутгарта, 1 июня 1735 года//

— Пусть восьмая и девятая когорты I-го легиона займут ту ферму, — задумчиво приказал Таргус сигнальщику, указав на комплекс построек посреди пахотного поля. — Ещё сигналь, чтобы все мортиры выдвигались туда же, но только после сигнала о безопасности от восьмой и девятой.

Замелькали флажки, началось движение войск.

В данной местности было подозрительно тихо и спокойно, не слышалось стрельбы, хотя впереди уже должна была начаться битва войск принца Савойского с франками, согласно установленному плану.

К разочарованию Таргуса, ставка командования иберов была пуста, будто противник и не сомневался, что его армия будет уничтожена.

Командующие и офицеры куда-то делись, прихватив с собой всю документацию и карты, хотя Таргусу было бы интересно понять ход стратегической мысли их командования и хоть немного узнать об их планах.

Ему не нравилось происходящее прямо сейчас, в основном потому, что он не понимал задумки врага.

Когорты заняли ферму, проверили здание, отсигналили, что всё чисто и мортирам можно двигаться.

— Разведку вперёд, — приказал Таргус.

Кавалеристы выехали по сигналу и исчезли в лесу за фермой.

Спустя двадцать минут оттуда выехал только один из трёх отрядов, причём не в полной численности. За ними была погоня из примерно половины эскадрона польских гусар, судя по цвету мундиров.

— Мортиры, отсечь кавалерию противника от разведки! — проорал Таргус приказ.

Сигнальщик, который со времён Шлезвигской войны обязан носить тяжёлую гренадёрскую броню, замахал флажками и спустя секунд сорок забахали мортиры. Первый залп прошёл с существенным перелётом, что было ожидаемо, так как артиллеристы не пристреливались к данной позиции и, вероятно, не успели даже разметить ориентиры с точным вычислением дистанции.

Конные разведчики мчались во весь опор, отстреливаясь от азартно преследующих их гусар. Коней для разведчиков Таргус выбирал самых быстрых, масса их экипировки была ниже, чем у рядовых легионеров, поэтому скорость у них была немного выше, чем у вражеских гусар.