Сам он посидел немного в своём кресле, задумчивым взглядом гипнотизируя карту Европы, а затем поднялся и направился в приёмный зал, где уже должна была состояться встреча Карла Фридриха с послом франков.

В коридоре на первом этаже он столкнулся с группой франков, один из которых оказался новым послом. Губы его были заляпаны недостаточно тщательно вытертым вишнёвым соком.

Карл Фридрих сидел во главе стола и продолжал есть штрудели, запивая их вином.

— Ну, как всё прошло? — поинтересовался у него Таргус.

— А, замечательно, — лениво вытерев губы платком, ответил курфюрст. — В следующем месяце свадьба, а тебе нужно до конца войны успеть произвести свои мушкеты.

Примечания:

1 — Автоматон — марионетка с механическим приводом, выполняющая действия по заданной программе. Можно сказать, что это первые в истории человечества роботы, хотя до крайности примитивные и созданные сугубо для развлечения: они могли выполнять очень ограниченный спектр действий, включающий в себя написание заданных слов, игрой примитивной мелодии на свирели или имитирующее естественное пожирание еды, как, например, механическая утка Вокансона, способная ещё и высрать пережёванную еду.

2 — Зимний дворец — в данном случае не елизаветинский Зимний дворец 1754 года, Зимний дворец Анны Иоанновны, построенный в 1735 году.

Глава XIX. Ружейная принцесса

//Курфюршество Шлезвиг, г. Киль, городской дворец, подземелье, 29 декабря 1735//

— Это просто так не закончится, не-е-ет, ребятушки… — Таргус подал знак Арнольду и тот поднёс к носу вырубившегося наёмника колбочку с нашатырным спиртом.

Очнувшийся узник заорал от боли, которая никуда не делась.

— Рассказывайте по-хорошему, вы всё равно всё расскажете, — Таргус неспешно расхаживал туда-сюда перед двумя висящими на Х-образных крестах наёмниками. — Отсюда никуда не деться, только на небеса, но туда вас может отправить только Арнольд и только когда я скажу. Вот этому прижги левое колено.

Арнольд пробурчал что-то положительное и воткнул раскалённый прут в правое колено наёмника, который заверещал от этого как живая свинья над костром.

— Твою ж мать, Арнольд! Опять ты за своё?! Левое колено — это вот это колено! — Таргус указал на нужное колено. — Стой! Пока не надо. Говорите, дорогие вы мои, кто послал, зачем вы пытались убить моего папашу? Вы расскажете, всё расскажете. Но к концу нашей беседы это будете не совсем вы. Лишь обоссавшиеся и обосравшиеся обрубки, когда-то бывшие гордыми людьми. Ох, а где же мои манеры? Я ведь не представил вам Арнольда! Знакомьтесь, это Арнольд, он раньше работал городским палачом, но потом получил, кхм, производственную травму и был брошен роднёй на произвол судьбы. Вот бедняжка, правда? Но тут появился я, как это здесь говорится, добрый самаритянин! Спас бедняжку Арно от бесславной смерти уличного безумца, от голода и обиды кидающегося на прохожих людей! Дал ему работу! И знаете что? Теперь он даже больше подходит для работы палача, чем раньше! Он перестал морально уставать от любимого дела, он не способен жалеть, окажись на его столе я, он бы и меня не пожалел, клянусь вам! Идеальный палач, машина боли, хозяин истязаний! И знаете, что будет, если я просто уйду и оставлю вас с ним? Он будет пытать вас не для раскрытия каких-то секретов или получения полезной информации, о нет, нет-нет-нет! Вы расскажете ему всё, абсолютно всё! Но ему будет плевать на любые ваши слова! Он будет делать это с вами только потому, что любит это занятие любовью истинного профессионала! Итак, я ухожу?

— Ваше Светлейшее Высокородие! Я всё расскажу! — воскликнул один рыжий парень, который ещё не успел попасть в обработку Арнольдом.

— Ты сумел привлечь моё внимание, — вернулся к нему Таргус. — Не потеряй его.

— Мы не знаем, кто наниматель, — произнёс неудавшийся убийца, будто подписывая себе смертный приговор. — Он не представился, лицо его было сокрыто платком! Но судя по говору, он либо швед, либо датчанин!

Наёмных убийц было семеро, взять живьём удалось только пятерых. Двое висят здесь, ещё двое в другом каземате, а ещё один в отдельной камере, он выступает в качестве своеобразной «контрольной группы». Те двоя приколочены к крестам ромбообразными гвоздями, а эти просто привязаны. Как показал проведённый опыт, приколоченные разговаривают намного охотнее и более податливы при уговорах.

— Датчанин, говоришь… — хмыкнул Таргус. — Любопытненько…

Предыдущие двое тоже говорили, что это датчанин или швед, впрочем как и сидящий в одиночке наёмник. Эти были последними на сегодня.

Как опытный агент Арканиума, Таргус чувствовал что-то неправильное в показаниях этих наёмников.

Предыдущие двое подробно описали все приметы неизвестного, но искать его сейчас бессмысленно. Отпечатки пальцев его уже есть, не все, но он лапал монеты, коими заплатил аванс за убийство курфюрста. Это большое дело, поэтому платили очень много, целых пять тысяч дукатов аванса, а ещё десять тысяч по выполнению работы. Дукат — это практически идентичный рейхсдукату номинал, только в «Италии». Равен рейхсталеру, только вот рейхсдукат имел вес 3,5 грамм золота 986,11 пробы, а рейхсталер весил 29,2 грамма серебра 888,89 пробы. Монетные уставы «Священной Римской империи» почти двухсотлетней давности сделали взаиморасчёты очень удобными, надо было только знать стоимость каждой монеты в крейцерах, которые приняты как всем понятная условная единица расчёта стоимости: рейхсдукат стоил сейчас 104 крейцера, а рейхсталер сильно плавал во время Тридцатилетней войны и сильно после неё, но сейчас вернулся к стоимости 68 крейцеров. То есть наёмникам заплатили очень хороший аванс и обещали заплатить за убийство курфюрста просто прекрасно.

— Как, говоришь, вы должны были встретиться с заказчиком по исполнению дела? — поинтересовался Таргус.

— Эм… — наёмник задумался и осознал, что этой части плана они с работодателем не обсуждали.

— Как я и думал, — усмехнулся Таргус, который таким же вопросом поставил в тупик две предыдущие группы наёмников. — Вас послали на убой, купили за пять тысяч обоссанных «итальянских» дукатов и отправили убиваться об охрану курфюрста… Идиоты… Арнольд, делай с ними, что душе угодно!

— Ты же обещал, что подаришь нам лёгкую смерть! — воскликнул рыжий.