— На ловца и зверь бежит. — произнес я, присаживаясь на колено и вскидывая ружьё к плечу. Навёл прицел на Неандерта и плавно выжал спусковой крючок. Громко хлопнул выстрел, по ущелью загуляло эхо. Обезьяну словно молотом в грудь ударили. Взмахнув руками, тварь грохнулась на спину, так и оставшись лежать неподвижно, притворившись мёртвой. Вот хитрая морда, я же не видел сгустка света, обычно прилетающего в область груди после убийства демонических порождений. Так что жди, вторая пуля так же, для тебя предназначена.

Пёс, услышав звук выстрела, а затем увидев меня, заметался из стороны в сторону, затем вовсе остановился. Посмотрел назад, тяжело покачнувшись, затем на меня, и неуклюже рухнул на бок. Я двинулся вперёд, обогнул тяжело дышащего и скалящего клыки зверя, приблизившись на десять метров к неандерту. Тот, видимо, понял, что его хитрость не удалась, попытался рывком подняться на все четыре конечности, но вторая пуля, выпущеная в голову, расплескала мозг обезьяны по земле. Первая убитая мною тварь в нейтральном мире.

Подобрал выпавший из примата синий камешек в форме пятиконечной звезды, активатор редкого класса, и вернулся к псу. Остановившись в паре шагов, склонился над раненым, считал информацию.

«Серый пёс, в стадии формирования первого крыла»

— И что мне с тобой делать, жертва прямоходящих?

— Хр-р. — ответил зверь, не отрывая головы от земли. Из его рта тонкой струйкой бежала кровь — похоже внутренние органы повреждены. В голове тут же сформировался план дальнейших действий.

— Извини, хвостатый, но я должен это сделать. — произнес я, снимая со спины вещмешок. — Надеюсь, тебе понравится в новом мире.

Проведя ритуал жертвоприношения, я дождался удара фиолетовой молнии, затем подобрал голубой, с синими прожилками, активатор и отошёл от развеявшегося туманом тела, вчитываясь в строки появившегося перед глазами сообщения:

«Seraphim, ты принес в жертву Серого пса, в стадии формирования первого крыла. Получено Искры Повелителя — 0 единиц (жертва не является изначально разумной). Серый пёс, в стадии формирования первого крыла, сменил родную стихию.

Seraphim, ты совершил деяние, направленное на возвеличивание Воли, принеся в жертву существо «Mundus est Neutra». Получен осколок ключа, открывающего сердце «Mundi ex Voluntate»

Творец не видит тебя, но он в ярости. Неизвестная смотрит на тебя с удовлетворением. Антагонист не видит тебя, но он в ярости. Смерть не видит тебя, но она в ярости. Жизнь не видит тебя, но она довольна. Первостихия смотрит на тебя с заинтересованностью.»

Ну вот и всё. Второй осколок получен, хоть я и опасался, что нужна жертва, не уступающая мне в развитии. И главное — Творец не увидел меня, как и другие вершители судеб. Единственное, что беспокоит, это Неизвестная, которая по прежнему видит меня, хоть я и покинул мир Тьмы.

Покинув ущелье, я очутился на просторе. Пологий склон горного массива, из которого вышел, плавно переходил в поросшую смешаным лесом долину. Вдали виднелась сверкающая на солнце извилистая лента реки. И свет, много света! Всё залито ярким летним солнцем.

Не долго думая, сбросил вещмешок с ружьём, снял свой серый плащ и, скатав его, убрал. Щурясь, посмотрел на солнце. Эх, хорошо то как!

Далёкий рёв в одно мгновение развеял иллюзорную благодать, вернув меня в реальность. Твою же бабушку, совсем расслабился. Максим, ты не на прогулку вышел, соберись! Клинок из ножен, «Эхо» в левую руку, и вперёд, за осколками душ и, мать их, приключениями.

Успел спуститься, почти достиг низкорослого кустарника, когда меня атаковали. Коварно, сверху, надеясь застать в расплох. Способность третьей сферы достойно отразило атаку. Глухой удар, треск ломаемых костей, и мне под ноги упала здоровенная туша. Тварь настолько сплющило, что было невозможно угадать, кто напал на меня. Обновив способность, я подобрал синюю звезду активатора и, побрезговав брать мясо с летуна, двинулся дальше, не забывая поглядывать на небо.

Лес оказался мёртвым. Нет, деревья, кустарники, трава под ногами, шелест ветра в кронах — все это было настоящим. Не было обычных звуков, сопутствуюших самой маленькой роще. Щебет птиц, треск сверчков, шуршание опавших листьев под ногами, ничего этого не было. И всё же я был рад.

На тропу вышел часа через два блужданий по окраине лесного массива. Широкую, метра в полтора, и сразу видно, часто используемую. Пришлось убирать пистолет в кобуру и перехватить меч поудобнее. Двигался настороженно, стараясь издавать как можно меньше шума, и все же мне казалось, что я ломлюсь, кск лось по кукурузе.