— Мы скорее союзники, чем враги, чистый. — ответил мечник. — После выполнения задания нам следует поговорить о важных вещах. Нет, я не желаю причинить вред тебе и твоему помощнику.

Что-то такое прозвучало в ответе, что я поверил каждому произнесённому слову и мысленно нажал «Да».

— Отлично! Теперь держитесь за мной, чтобы не попасть в ловушки. — неожиданный союзник устремился вверх по улице, укрываясь в тени зданий. Мы с центурием рванули следом.

К центральной площади мы подоспели к началу жертвоприношения. На массивном алтаре, сделанном из светло-серого камня, лежал один из пленных. Второй, пришедший в себя, так забористо крыл матом пленивших его изменённых, что даже центурион прислушался, прошептав одними губами:

— Моя школа!

— У меня есть несколько артефактов, один из которых отключит подавляющую чужие способности ауру алтаря, второй поставит над площадью полог тишины, и еще один нейтрализует насекомое на пару секунд, — сообщил мечник шёпотом. — Нужно успеть обезвредить его раньше, чем сюда со всего города не сбегутся уроды.

— Трое на трое. — я мысленно пробежался по имеющимся у меня способностям и умениям, и выругался про себя. Из активных боевых имелись лишь стена и полусфера мертвого пламени, да возможности клинка. И «Хронос», с помощью которого думал прикончить богомола. Ещё имелись защитные ауры, благодаря которым я мог избежать первой вражеской атаки. Представив, как буду действовать, ответил: — Прибереги артефакт, предназначенный насекомому, постараемся без него справиться. Главное, не убивайте изменённых, иначе будем их искать по всей долине. Центурион, ты самый опытный среди нас, командуй.

— Сначала валим на мостовую свинорылов, пока насекомыш занят жертвой, — тут же среагировал помощник, — затем окружаем урода и атакуем одновременно. Все согласны?

— Действуем. — согласился Чёрный, и мы, чуть разойдясь в стороны, рванули к изменённым.

Изменённые не ожидали нападения. Не ожидали настолько, что позволили подобраться к ним на расстояние удара, за что и поплатились. Мы с напарником атаковали одного свинорыла, нанеся удары практически одновременно. Я рубанул по толстенной левой руке, лежавшей на топорище, а центурион нанес колющий под правое колено. Урод громко хрюкнул и начал заваливаться на бок. Я тут же нанёс ещё один рубящий удар по так удачно поставленной левой ноге. Всё, этот даже ползком не сможет передвигаться.

Чёрный со своим противником справился секундой позже, вспоров тому брюхо. Я сначала подумал, что всё, свинорыл уйдёт на перерождение, но тот пока не собирался умирать. Грохнувшись на пятую точку, урод заскулил, словно собака, и принялся собирать руками вывалившиеся наружу кишки.

— Берём в кольцо насекомыша! — уже не таясь, скомандовал центурион. — Держим дистанцию в десять метров!

— Э, придурки, меня развяжите! — пленник, которого караулили свинорылы, грохнулся на мостовую и теперь пытался подняться, ругаясь, на чём свет стоит. Никто, кроме богомола, не обратил на него внимание.

Измененный, увлеченно полосующий своими острыми конечностями истошно визжащую жертву, наконец-то отвлекся от своего занятия. Сорвав тело с алтаря, а вернее жертвенника, он с силой швырнул несчастного прочь. Тот, пролетев с десяток метров, рухнул точно на орущего пленного, мгновенно оборвав ругань.

Наступила относительная тишина, нарушаемая лишь топотом наших ног. Богомол крутанулся на месте и застрекотал, словно стартёр на старых жигулях. Выбрав меня первой целью, взмахнул конечностью. В мою сторону стремительно понёсся сгусток огня, размером с баскетбольный мяч. Я не успевал уклониться, лишь выставил перед собой меч, но огненный шар в последний миг отклонился в сторону, словно испугался острого клинка. В следующий миг по ушам ударил громкий стрёкот — изменённый явно разозлился.

В одну из лап Мола ударил луч фиолетового цвета, но не причинил твари никакого вреда, лишь привлёк внимание к напарнику. В следующую секунду ударил Чёрный, и его способность принесла результат. Две молнии, зелёная и алая, попав в суставы двух соседних ног, буквально прожгли их насквозь. Богомол, в этот момент поднявший переднюю пару конечностей для атаки, резко завалился на бок. Раздался хруст ломаемого хитина, а я вдруг понял — нужно действовать.

В десяток шагов преодолев расстояние до пытающейся подняться твари, я с ходу рубанул насекомыша по одной конечности, испольщовав «Воспламенение тьмы». Отскочил в сторону, крутанулся на месте и вторым ударом отсёк переднюю лапу, используемую богомолом в качестве оружия. В этот же момент Чёрный, подскочив с другой стороны от туши противника, сдвоенным ударом срубил еще одну лапу, а помощник полоснул лезвием глефы по олной из задних конечностей.

— В стороны! — крикнул я, заметив, как обрубок передней конечности начинает наливаться свечением. Вовремя, стоило нам отбежать на несколько шагов, как с обрубка сорвался очередной фаербол. Никого не зацепив, огненный шар пронесся метррв двадцать и запрыгал по земле, словно мячик.

— Контролируйте его! — отдал я новое распоряжение, а сам устремился к ближайшему свинорылу, одновременно сбрасывая с плеча ружьё и пытаясь снять вещмешок. Едва это удалось проделать, тут же опустился на колено. Рывком развязал горловину и быстро извлёк отрядный алтарь. Сунул его в ноги измененному и, мысленно пожелав принести жертву, одним ударом меча перерубил уроду толстую шею.

Смахнув всплывшее перед глазами сообщение, подхватил алтарь и метнулся ко второму свинорылу, который продолжал собирать с земли свои кишки. Урод так был увлечён процессом, что даже не понял, отчего умер. Так, теперь самое сложное, прикончить насекомыша. Интуиция просто вопила — живее, Максим, время на исходе!

— А, чёрт! — ставший скользким от крови алтарь выскользнул из моих рук, но его у пел подхватить подбежавший ко мне мечник.

— Что нужно делать? — Вот же Чёрный, совершенно невозмутимый.