Рендолл шел по улицам, напряженно вслушиваясь в мысли. Просыпающийся город выпихивал из холодных лачуг новые порции людей, они сразу собирались в толпы и уже в таком виде бились о грудь воина. Он не замечал их, он видел и слышал только их мысли.

Рэндолл

Я переоценил свои силы. Их было слишком много. Слишком много людей, слишком много мыслей. Такое впечатление, что в многотысячном городе никто не заметил моего возвращения. Время шло, и приближался рассвет. Мы с Ларри были уже часов двадцать в городе и никаких проблесков.

Каморка, где мы с Ларри поселились, никак иначе называться и не могла, как каморка. В ней еле поместились детская кровать, стол и широкая кушетка вдоль стены. Кроме этого в ней еще был постоянный грохот шагов, идущих сверху по лестнице людей, и не было проведено электричество, в отличие от всех нормальных домов.

Ларри спала с того самого момента, как мы нашли эту лачугу, и я не торопился будить ее. Но она, наконец, настолько проголодалась, что даже вопреки моему приказу - внушению, проснулась. Хорошо хоть, что это случилось в то время, когда я был рядом.

– Рендолл, я хочу есть!
– сказала она , как только открыла глаза.

Я прислушался к себе и , оценив обстановку, ответил :

– Если не считать нескольких сотен насекомых, здесь нет животных, способных утолить твой голод.

– Ты больше так никому не говори, ладно?

– Почему ? Разве в городе едят и насекомых?

– Здесь едят совсем другое, Рендолл, но для этого нужны деньги.

– Разве здесь едят эти пластиковые пластинки, в ожидании которых разрисованные красками женщины синеют от холода на улице? Я не могу есть пластмассу, и у меня нет времени стоять...

Ларри смеялась. Она просто задыхалась от смеха. И я в конце концов я начал тревожиться. Уж слишком долго это у нее продолжалось.

– С тобой все в порядке ?

– Прости. Нет, здесь не едят пластмассу. Здесь.... Хотя нет. Иди, Рэндолл. Принеси денег, только никого не убивай.

– Как много тебе их нужно ?

– Ну...если они будут золотистые, то штук десять.., а если другие, то побольше !

– Я пошел.

– Не задерживайся слишком долго.

– Хорошо.

Я запахнулся по-плотнее в подаренные Паханом одежды и вышел на улицу. Идти далеко не пришлось. Уже скоро, за ближайшим поворотом, я увидел стеклянные витрины кабака и в мыслях выходящих оттуда людей я услышал, что они все свои деньги оставили у бармена. Мысли были не особо добрые и я решил, что он попросту обирал этих людей. Значит я имел право отобрать деньги у бармена. Решение было принято, оставалось только найти этого самого бармена.

В баре было тихо и спокойно. Одинокий алкаш потягивал какое-то пойло из бутылки. В дальнем углу, замышляя какую-то шутку с чужими деньгами, темнокожий человек раскладывал по столу карточки с картинками. На маленькой сцене раздевалась, словно здесь было жарко, с кожей, покрытой пупырышками от холода костлявая, сильно накрашенная девица. Еще пара женщин сидели на чьих-то коленях, хотя стульев было предостаточно. Человек, стоящий за невысокой стойкой, разливал по стаканам вино. О бармене никто не думал.

– Послушай, приятель, - обратился я к одинокому алкашу.
– Кто из этих людей бармен ?

"Псих какой-то" - подумал алкаш, но сказал другое :

– Ты где так нализался ?

Интересно , что такое "нализался" ?

– В Баттер-тауне, так который ?

– Вон, за стойкой, - ответил алкаш и подумал:

"Может, он сбежал откуда ? Пойти что ли, позвать стражу ?"

– Забудь про меня!
– приказал я ему мысленно и он успокоился.

А я пошел к бармену.

У него действительно было много денег. Наверное сегодня он уже очень многих обобрал. Пластинки стояли ровными рядами в специальной коробке. Сам бармен не был особым силачом и не умел управлять людьми мысленно, почему же люди отдавали ему свои деньги?

– Давай деньги !
– обратился я мысленно к бармену.

– Вы что-то сказали, мистер ?
– сказал он вслух.

– Давай деньги!
– не разжимая зубов , повторил я приказ.

– Все ?
– подумал он.

– Хватит и золотистых.

Он молча сложил золотистые пластинки на стойку, и я распихал их по карманам.

– Забудь про меня.

Бармен вернулся к своим делам.

Пока я занимался своими делами, у темнокожего не получилась задуманная им шутка, и теперь пятеро его соседей по столику собрались разбить ему "его черномазую харю". Мысли у всех пятерых были совершенно одинаковые. Наверное, они не любили, когда шутки не удавались. Мне это не понравилось. Из-за неудавшейся шутки не стоит разбивать кому бы то ни было что бы то ни было. Тем более впятером.

– Эй, черный, иди-ка сюда, - сказал я, и он поспешил выполнить мою просьбу.
– Что они хотят от тебя ?

– Они говорят, что я шулер.

– А ты кто на самом деле ?
– я не знал, что такое шулер, но это слово мне не понравилось. Наверное это было ругательство.

– Я честный человек !
– воскликнул он.

Я не смог выяснить, кто же он в действительности; в голове у него была сплошная мешанина. И вдруг, в мелькающих картинках его мыслей я заметил изображение моего звездного корабля . Я приказал ему думать об интересующем меня предмете и то , что я узнал, еще больше подкрепило мое желание помочь ему.