Так. Жанна, а по этому поводу ты тоже не хочешь ничего рассказать?

«Загляни в ванну.»

Если все так настаивают, придется так и сделать. Я натянул предложенные шмотки, встал с кровати и слегка покачнулся. Тело казалось каким-то непривычным. Слишком легкое? Нет, дело в другом. Я бросил взгляд на короткий рукав кофты. Я что, вырос? Точно, с отцом теперь вровень. Эффект золотого яблока? Ладно, с этим мы разберемся позже.

Я открыл закрытую дверь в ванную и рефлекторно прикрыл лицо ладонью, пытаясь хоть как-то спастись от зловонного смрада, что ударил мне в нос.

— Фу! — скривился я. — Здесь что, потрошили чей-то труп?

— Вот и нам интересно… — усмехнулся отец.

Ванная комната была засрана так, словно в ней расположился филиал авгиев конюшен. Туалет — засран, заляпан жидкой рвотой. Раковина — засрана рвотой, кровью и загадочной черной слизью, которая больше всего и воняла. Слизь была вообще везде, но больше всего ее было в ванной. Словно в ней кто-то лежал, активно выделял слизь, а потом пытался помыться от нее. Или его пытались отмыть? И этот кто-то — очевидно я. Только порядок не совсем понятный. И откуда кровь? Я задумчиво провел языком по зубам и понял, что дантиста возможно будет ждать немало сюрпризов.

Что еще? Кучу вонючих тряпок, в которых можно опознать мою бывшую одежду, лучше вообще не трогать и сразу сжечь.

Какие из этого можно сделать выводы?

Жанна, спасибо. Правда. Похоже, ты меня спасла.

«Пф.»

И отдельное спасибо, что не стала подвергать ванную комнату тактике «выжженной земли».

«Пф. Пожалуйста. Только не думай, что мне не хотелось.»

Вывод второй — пока не вызову кого-то из Слуг-целителей, даже и не думать предлагать старикам золотые яблоки. Это если из меня столько дряни вылезло, то боюсь даже представить, как отреагирует пожилой организм. Посидят на серебряной донате-диете.

— Так… — задумчиво произнес я, закрыв дверь. — Давайте представлю дело с вашей точки зрения. Я долгое время не выхожу из комнаты. На сообщения и звонки не отвечаю. Утро субботы. Степан заходит в комнату, видит, что я сплю, сообщает об этом. День субботы. Я сплю. Вы начинаете переживать. Кто-то заходит в комнату и обнаруживает нечто странное на столе. Я не просыпаюсь, не реагируя на раздражители и попытки разбудить. Кто-то замечает состояние ванной. Похоже на… последствия тяжелейшей интоксикации. Такая реакция организма может возникнуть в результате передозировки алхимическими стимуляторами. Врача вызывали? Скорее всего да. Афанасий Савельевич сказал, что…?

— Пациент совершенно и полностью здоров, хоть сейчас на марафон, — усмехнулся дед. — А что пациент спит после экзаменов… он тоже спал сутками после сессии.

— Только вы ему не поверили, — хмыкнул я. — И вот он ушел, вы сидите с кислыми физиономиями и тут просыпаюсь я.

— Миша, скажи мне честно, — спросила мама Василиса. — Ты употреблял какие-то запрещенные стимуляторы?

Сложный вопрос, на который непросто ответить. Донатное яблоко стимулятор? Еще какой и очень эффективный. Вот только если я отвечу утвердительно, но с пометкой, что это не запрещенный препарат, мамы обязательно подумают, что их сын подсел на какой-то новомодный синтетический наркотик. И будут в чем-то правы.

Врать матери… врать семье… из маленькой лжи обязательно вырастет еще большая ложь.

— Секрет рода, — выкрутился я.

— В смысле? — нахмурилась мама Елена. — Это что за секрет такой, о котором даже мы не знаем?

А дед с отцом задумчиво переглянулись, и патриарх одобрительно кивнул мне, намекая, что такое объяснение подойдет.

— О котором еще рано всем знать, а широкая огласка может быть опасна, — терпеливо пояснил я.

— Саш, ты знал? — повернулась мама Елена к мужу.

— Не о данном аспекте, — выручил я отца, спасая от неудобного вопроса. — Такое проявление Дара для меня самого в новинку.

— Дара? — не поняла она. — Погоди… ты хочешь сказать…

— Неужели возвращается?! — обрадованно воскликнула Василиса. — Радость то какая! Надо…

— Мам, секрет рода, помнишь? — напомнил я, вздыхая про себя.

Все-таки младшая из сестер Голицыных куда более легкомысленная особа, чем старшая.

— Не волнуйся, сынок, я прослежу, — улыбнулась Елена, строго смотря на сестру. — Так получается экзамены… ага, понятно…

И все всем сразу становится понятно. Мне бы так. А то приходится думать, выстраивать схемы, планировать ожидания, короче, всячески нагружать мозг и не всегда с хорошим результатом.

— Лен, а мне рассказать? Пошли. Да и у нас еще ужин не готов.

Живот на слова о еде тут же отозвался согласным урчанием.

— И да, тут похоже проблема, — я продемонстрировал короткий рукав кофты.

— Мальчишки… — всплеснула руками Василиса, озабоченно прикидывая масштаб катастрофы. — Вечно из всего вырастают. Только же недавно всем зимним закупились! И еще форму перешивать, и прочее… ох…