Сколько же здесь может быть искр!?

— Я не считал, но старался складывать все это дело более-менее сортировано. Так, что искры одних сущностей одинакового ранга будут лежать вместе. А вот пересчитывать их вам придется уже самим, — сказал Элим с усмешкой, — вон в тех, должны будут искры Рыцарей и Воителей.

Мужчину рукой указал на лежащее у подножья мешки из шкур.

— Эко вас проняло, — сказал Элим посмотрев на сопровождающих его людей.

— Скольких же ты убил там, внизу…

— Много, Прам. Очень много, — без всякой гордости произнёс Первый Перерождённый, — так, теперь нужно ядра достать.

Ещё треть свободного пространства хранилища ушла под ядра убитых Элимом подземников. Затем он достал из кольца редкие материалы, которые собирал на протяжении целого века. Пространство в кольце все-таки было не резиновым и ему пришлось отбирать только самое полезное. И когда уже места осталось так мало, что им всем пришлось отойти к выходу, Элим достал самое ценное из принесенного.

Из кольца показались четырнадцать кулонов, каждое хранящее внутри Семя Мира, добытые им во время войн с подземными государствами. У Даниила закружилась голова. Ещё никогда он не видел такого огромного количества ресурсов. Да это было больше чем Альянс добыл за время всего своего существования! Четырнадцать Семян Мира! Из них можно создать четырнадцать храмов!

У Шона задрожали руки при виде этой картины. Где-то рядом Прам уже почти кричал на кого-то в трубку, требуя прислать к хранилищу всех Воителей, которые только есть в городе. Американец глянул направо. Сын Анзора уже вышел из хранилища и стоял в полном шоке. Ученый куда лучше представлял сколько всего можно было сделать из принесенных Первым Перерожденным ресурсов. И от этого бросало в пот. О том, сколько жизней было унесено при их сборе и думать не хотелось. Цифры должны быть просто чудовищными!

Шон и Даниил ещё раз взглянули на Первого Перерожденного — человека, положившего начало новой эре в истории человечества. Их родители много рассказывали о нём, а баек от ветеранов об этом человеке хватило бы на пару десятитомников. В большинство из них молодняк уже не верил. Но после увиденного… кажется все до единой правда.

Элим ничего удивительного во всем этом не видел. Он подошел к своему племяннику и снял с пальца кольцо.

— Возьми.

Ему пришлось повторить это ещё два раза, прежде чем племянник отошел от шока и таки взял кольцо.

— Оно подпорчено. Моя сила калечила его целый век, а мой ремонт кажется работает все хуже из-за роста той самой силы. Пусть отец отремонтирует его, когда вернется.

Элим повернулся к мечнику, слова которого из-за скорости произношения слились в один сплошной поток в попытке донести всю важность его требований. Один Воитель — это точно не достойная охрана для всего, что лежит внутри. И пусть на планете вряд ли найдется дурак, который решит сунуться в столицу Альянса с дурными намерениями, рисковать таким богатством нельзя.

— Прам.

Удивительно, но одного слова Элима хватило, чтобы тот оторвался от спора и повернулся к нему.

— Мне лучше уйти отсюда. Куда-нибудь на свободное пространство.

Прам ещё раз глянул на заполненное хранилище, потом перевел взгляд на Шона.

— Шон отведет тебя куда попросишь. А я пока побуду тут хорошо? Хотя бы пока сюда не пришлют больше охраны, — мечник обратился у ученому, — а ты? Пойдешь с дядей или останешься здесь?

— Здесь, — ответил сын Анзора довольно быстро, — тут много работы. Нельзя оставлять все в таком виде. Нужно все описать и рассортировать по складам.

Возвращение легендарного дяди, которого он никогда не видел, не смогло затмить профессиональных обязанностей Даниила. Да и профессионального интереса тоже. За всю свою жизнь он общался с Ромой, главой исследователей всего Альянса, куда больше чем с родным отцом. Он тоже был изобретателем и ему очень хотелось узнать свойства принесённых материалов и найти им применение в своих проектах.

Шон, Элим и Рухон вышли на улицу. Первый Перерожденный уже чувствовал, как сюда двигаются сильные Перерожденные. Прам действительно постарался согнать сюда как можно больше людей для охраны.

— Найди мне место, где немноголюдно. Чтобы я мог не сдерживаться и никого этим не стеснять.

— Есть одно место. Вы его хорошо знаете.

Американец не соврал. Элим очень хорошо знал место, куда его привел Шон. Его мастерская. Тут ничего не изменилось с тех пор как он ушёл. Чувствовалось, что городская суета обошла это место стороной.

— Люди сюда редко заходят. Есть негласное правило, что сюда можно только верхушке Альянса. Тем, кто ещё вас застал. Когда они собираются вместе, то обычно проводят время перед вашей мастерской. Ну а внутрь… туда кажется только Анзор заходит.