В тот вечер Верховный заявил, что лично будет принимать участие в каждой разведывательной вылазке. Потому что, это в интересах Ковена, узнать, какие монстры и насколько изменились. Эш сказал, что из всей десятки магов, прибывших сегодня, он хотел бы, оставить троих. Сайрус на него глянул со смесью удивления и восхищения, и кивнул.

Оказалось, это были именно те трое магов, которые недавно принимали участие в битве с искажателем. Их товарищ погиб, но искажателя они добили, и сами чуть не ушли за Грань. Сюда они попросились, потому что считают своим долгом узнать о монстрах всё. И как сказал Ивар, который был главным в их группе: «Если мы не уничтожаем монстров, как мы сможем защитить людей, когда барьера не станет?» Потому Сайрус и восхитился, что профессор де Круа, безошибочно определил боевых магов именно в этих троих.

Когда гости собрались уходить, Верховный сказал, что вернётся завтра на рассвете. Он подошёл к магам, ожидающим его около охранного круга, и открыл портал. Ушли все, кроме троих, их впустили в лагерь. Эш поднялся и позвал за собой Дариона в палатку. О чём они там разговаривали, не знал никто, но все видели, какой хмурый вышел профессор. Дарина наоборот была просто неимоверно счастлива.

Остаток вечера адепты отдыхали, а остальные маги разрабатывали маршрут на завтра. Сайрус выразил желание, посмотреть на Храм. И сейчас они разбивали на сектора Чащобу Харна, чтобы успеть за время практики пройти как можно большую территорию. Эмир Карихар предложил оставить маяки в каждом секторе, и потом просто открывать туда портал. Все эту идею поддержали и, определившись с завтрашним маршрутом, разбрелись по палаткам.

Элина улеглась и принялась настороженно наблюдать за Дарионом. Дело в том, что хранитель от неё полностью отгородился. Она пыталась его звать, но в ответ, натыкалась на щит. Когда девушка начала нервничать, Дар вдруг достал амулет и активировал его. Внутри палатки образовался непроницаемый купол, который не давал посторонним возможности услышать, что-либо из происходящего там.

Потом Дарион подошёл к Эльке и присел рядом, как-то загадочно улыбаясь. Элина замерла и поняла, что ей страшно.

«Эш!» — завопила она мысленно.

— Тс-с-с, — Дарион приложил палец к её губам, — не бойся.

И Элина поняла, что смотрит на Эша. Теперь ей было не страшно, она была в шоке.

— Что это вы устроили? — с трудом произнесла она.

— Всё хорошо, детка, — прошептал Эштиар, укладываясь рядом набок и притягивая девушку к себе. — Я ведь сказал, что нам предстоит долгий разговор.

Элина старалась дышать размеренно. Эш усмехнулся и принялся водить пальцем по её руке. Глаза у девушки стали совсем удивлёнными и она выдохнула:

— Ты что делаешь?

— Веду допрос, — шепнул ей Эштиар. — Могу же я допросить свою жену?

— М-м-м-м, — промычала в ответ Элька, так как его палец переместился с руки на живот.

— Хороший ответ, — улыбнулся он, — будем считать, что это согласие. А теперь скажи мне, малыш, когда и где ты с тёмными богами общалась?

— Чего? — Элина в недоумении уставилась на Эша. — Какими богами?

— С такими, наглыми, злыми и очень коварными, — проговорил Эш.

— Наглых и коварных знаю, — усмехнулась вдруг Элька, — а вот злых вроде не встречала.

— Даже так? — он внимательно глянул на девушку. — Тогда расскажи, про Храм на развалинах. Тоже не видела и не знаешь?

У Эльки пропал дар речи: «Храм?! Это ведь сон был!» Она смотрела на Эштиара и не знала, что ответить.

— Понятно, давай сон свой показывай, — вздохнул хранитель, а девушка от чего-то засмущалась.

— Давай я так…расскажу, — пробормотала она, отводя взгляд.

— Не понял? Это что там за сон такой был? — прорычал Эш, нависая над девушкой.

Элька очень не хотела, чтобы он видел её в обнимку с каким-то незнакомым мужчиной. Ей было стыдно, за своё поведение, за реакцию своего тела. Она не была уверена, что Эштиар не озвереет (в прямом смысле этого слова), увидев это. Потому, когда глаза хранителя стали алыми, а зрачки вертикальными, Элина просто зажмурилась.

Эштиар замер, он понял, что испугал девушку и от этого почувствовал себя паршиво. Ведь злился он не на неё, а на себя, от того что, был настолько беспечен и ничего не понял, когда Эльку накрывало такими сильными эмоциями. Ведь это было очевидно, что только присутствие бога, так действует на смертных. Эш отстранился от Эльки и вернулся обратно туда, где и лежал. Но она по-прежнему не открывала глаза. Тогда он очень осторожно провёл пальцами по её щеке и прошептал:

— Эль, посмотри на меня.

От звука его голоса Элина распахнула глаза, столько горечи прозвучало в нём. Он выглядел виноватым, и было ещё что-то, чего она понять не могла.

— Малыш, ты же понимаешь, что я не просто так прошу показать мне всё?

Эш смотрел на неё с такой тоской во взгляде. На Элину нахлынула волна эмоций: гнев, горечь, любовь, нежность и, что испугало больше всего, страх за неё. Элька вздрогнула и открыла сознание, показывая ему всё с того момента, как она услышала зов Мира.

Однако Эш увидел нечто, что повергло его в ужас. Он заметил практически невидимую преграду, на воспоминаниях девушки, которую поставил, кто-то посторонний. Эш аккуратно её убрал, и они оба ухнули в картины прошлого.