— Конечно! Но ему плевать. Главное, это деньги! Он решил отдать меня своему другу из сената. Старику пора на кладбище, а он жениться собрался, в пятый раз. Его предыдущие четыре жены, скоропостижно скончались «от тоски». Да, именно так и написали во всех газетах, представляешь? — Шелли передёрнуло. — Соответственно я отказалась. Отец сказал, что не заплатит больше ни копейки за моё обучение и меня вычеркнут из рода Дойр. Плевать! Жизнь дороже, сама доучусь, пусть и будет сложно, но придумаю что-нибудь!

— Что значит сама?! — воскликнула Элька. — Не чуди, я поговорю с Эшем и Морионом. Закончишь академию, как и все мы.

— Спасибо, Эль. Но деньги я не могу взять, а другим образом остаться в академии не получится, — вздохнула Шелли, кляня свою принципиальность.

— Это, с каких пор, ты перестала мыслить разумно? — возмутилась Элина. — Просто так тебе деньги никто и не предлагает. Подпишете долговое обязательство, лет на шесть-семь. Доучишься, найдёшь работу и вернёшь долг. У вас же в Милтании даже государство на таких условиях отправляет всех на обучение!

— Долг, — задумчиво протянула Шелли и вдруг радостно улыбнулась, — это было бы чудесно!

— Вот и договорились, завтра всё решим, — сказала Элька и проворчала: — А то придумала тоже, учиться она самостоятельно будет.

— Эль, а что у тебя случилось? Ты третий день сама не своя, — спросила Шелли.

— Всё нормально. Как мне сказали, очередной скачок Силы, отсюда и странности, — озвучила официальную версию происходящего Элька. — Но это тяжело. Настроение прыгает от эйфории, до состояния «никто меня не любит» и обратно. Жуть просто.

— И что с этим можно сделать? — Шелли стало жалко подругу.

— Ничего! Просто пережить, — ответила Элька.

Они ещё посидели немного на берегу и поплелись обратно в особняк. В холле их уже ждали хмурые милтанцы и Дарион с Эшем. Час назад, Ранмиру сообщили новости из дома, и он очень переживал о Шелли, потому сильно удивился, что девушка в отличном настроении. Ещё сильнее он удивился, когда увидел хмурую Эльку. Она молча кивнула всем в знак приветствия и направилась в комнату. Эш с Даром переглянулись и пошли вслед за девушкой.

— Эль, ну прекращай! — вновь завёл разговор Дарион.

Это была уже пятая попытка, воззвать девушку к разуму. К сожалению, ничего не помогало. Элина, зайдя в комнату, закрылась щитами и сказала, что ничего знать не желает, нечего лезть в её голову. Хранители её уговаривали, объясняли, пытались убедить, но девушка не хотела их слушать.

Последние минут десять Эштиар просто молчал. Он, слегка прищурившись, разглядывал Эльку, и на его лице блуждала загадочная улыбка. От этой улыбки, Элина начала нервничать. Обычно на тренировках, после такой улыбки их доводили до полного изнеможения.

— Брат, не трать время, — произнёс вдруг Эш. — Видишь, она не хочет.

Дарион поперхнулся и уставился на него. Эштиар произнёс это таким тоном, что означало — брат в бешенстве. Чем это может завершиться, Дар не брался утверждать, поэтому он просто тихо попросил:

— Эш, только давай без твоих сумасшедших идей. Ты же понимаешь, что она не виновата в своём состоянии.

— Я всё понимаю, — протянул Эштиар. — Поэтому сейчас, я заберу свою жену, и мы пойдём, пообщаемся наедине.

Элька попыталась открыть рот, чтобы возмутиться, но не смогла сказать и слова. Эш всё также улыбаясь, пожал плечами, глядя на злое выражение лица девушки и поднялся со стула. В следующий миг она висела на плече хранителя, с удивлением разглядывая тёмный мрачный холл, какого-то замка.

— Мы где? — шёпотом спросила она и очень обрадовалась, что вновь может говорить. — Обычно ты на кладбище меня переносил.

— Нет, детка, — так же шёпотом ответил он. — Сегодня мы обойдёмся без экстрима.

Эштиар зашагал по лестнице на второй этаж. Там в свете луны смутно виднелись какие-то портреты, висящие на стенах. Элина пыталась рассмотреть, кто там изображён, но ей повсюду мерещилось, что на неё смотрит Эш. Она даже зажмурилась от такого.

— Мне кажется, или тут и впрямь везде твои портреты? — поинтересовалась девушка.

— Какая наблюдательная, — хмыкнул Эштиар, останавливаясь около двери. — Это портреты моих предков.

— Ты хочешь сказать, что мы в твоём замке?! — воскликнула Элька.

Он ничего не ответил, поставил девушку на пол и открыл дверь. После, подхватил Эльку на руки, со словами:

— Обычно, жену в дом, заносят на руках.

«На жене обычно женятся вначале», — хмыкнул мерзкий голосок в голове Элины. Она потрясла головой, чтобы избавиться от этих мыслей. А Эш тем временем подошёл к кровати и, уложив девушку, улёгся рядом. Элька хмуро глянула на хранителя и пробурчала: