Мы покончили с рыбой, и служанка начала обходить одного за другим, чтобы собрать тарелки. Подойдя к Пратту она заметила, что тот еще ничего не съел, и осталась стоять в нерешительности. Пратт поднял голову, сделал ей знак удалиться и принялся поспешно есть. Проворными, порывистыми движениями он забросал маленьких, поджаристо-коричневых рыбок себе в рот, поднял свой бокал, осушил его двумя быстрыми глотками и тотчас же повернулся к Луизе Скофилд, чтобы продолжить прерванный разговор.

Майк все видел. Я помню, что он, очень спокойный и сдержанный, сидел на своем месте и не сводил глаз со своего гостя. Его круглое, приветливое лицо как будто на мгновение обмякло, однако он взял себя в руки и не сказал ни слова.

Вскоре служанка принесла второе блюдо, огромный кусок жаркого из говядины. Она поставила его перед Майком на стол, и он встал, чтобы нарезать его. Он резал мясо очень тонкими ломтиками и осторожно клал их на тарелку, подносимую ему служанкой. Когда все, включая его самого, получили свою порцию, он отложил в сторону нож, оперся руками о край стола и чуть подался вперед.

– - Так, -- сказал он, обращаясь ко всем нам, но смотрел при этом на одного Ричарда Пратта, -- а сейчас -- красное вино. Мне надо сначала сходить за ним, поэтому прошу извинить меня, если я на секунду вас оставлю.

– - Сходить, Майк?
– - спросил я.
– - Где же оно?

– - В моем рабочем кабинете -- откупоренное, чтобы могло дышать.

– - А почему в кабинете?

– - Из-за комнатной температуры, разумеется. Оно стоит там уже двадцать четыре часа.

– - Но почему именно в кабинете?

– - Потому что это лучшее место в доме. Ричард посоветовал мне его, когда в последний раз был у нас в гостях.

Услышав свое имя, Пратт обернулся.

– - Ведь так?
– - спросил Майк.

– - Да, -- подтвердил Пратт и солидно кивнул головой.
– - Это так.

– - На зеленом ящике картотеки в моем кабинете, -- сказал Майк.
– - Это и есть то самое место, которое мы выбрали. Свободное от сквозняков местечко в помещении с равномерной температурой. Минуточку, я сейчас.

Мысль о том, что в качестве козыря у него имелось еще одно вино, заметно оживила его, и он, словно на крыльях, вылетел из комнаты. Через минуту он вернулся. Сейчас он шел гораздо медленнее и осторожно нес в руке винную корзину, в которой лежала темная бутылка. Она была повернута этикеткой вниз, то есть прочесть ничего было нельзя.

– - А теперь, -- воскликнул он, приблизившись к столу, -- как насчет вот этого, Ричард? Его вам никогда не угадать!

Ричард Пратт неспешно повернулся к Майку, посмотрел на него снизу вверх и перевел потом взгляд на бутылку в маленькой плетеной корзинке. Он поднял брови так, что они образовали надменные дуги, и выпятил вперед нижнюю губу. В этот момент у него был необычайно самоуверенный и отталкивающий вид.

– - Ни за что не догадаетесь, -- еще раз сказал Майк.
– - Как ни старайтесь.

– - Франзузское вино?
– - снисходительно спросил Пратт.

– - Естественно.

– - Какого-нибудь маленького виноградника?

– - Может, да, Ричард. А, может, и нет.

– - Но это хороший год? Один из удачных урожаев?

– - Да, это я вам гарантирую.

– - Тогда угадать, пожалуй, будет не так уж трудно, -- высказал свое суждение Ричард Пратт. Он говорил слегка гнусавя, и на его физиономии лежало выражение бесконечной скуки. На меня его аффектированная манера речи и чрезмерно подчеркнутое равнодушие производили странное впечатление, которое только усиливалось тем, что вокруг его глаз бегали какие-то злобные тени, а вся его поза выдавала состояние крайне напряженного внимания. Мне было немного неприятно, когда я разглядывал его.

– - Нет, эту марку действительно трудно угадать, -- заверил Пратта Майк.
– - Не хочу навязывать вам нового пари.

– - Ах, вот как. Почему же?
– - Снова брови медленно поползли вверх, в глазах застыл холодный, напряженный взгляд.

– - Потому что это чертовски трудная задача.

– - Послушайте, такое заявление отнюдь не делает мне комплимента.

– - Дорогой мой, -- сказал Майк, -- если вам это так важно, то я, конечно, с удовольствием поспорю с вами еще раз.

– - Вряд ли с этим вином у меня будут трудности.

– - Вы хотите сказать, что согласны держать пари?

– - Ну, разумеется. Не только согласен, но и немедленно готов, -ответил Ричард Пратт.

– - Хорошо. Тогда, значит, ставка прежняя. Ящик точно такого же вина.

– - Вам не верится, что я смогу определить марку?

– - Честно говоря и при всем уважении к вам -- нет.

Майк по-прежнему старался оставаться вежливым, в то время как его собеседник почти не скрывал, как все это ему надоело. И все же следующий вопрос Пратта, похоже, свидетельствовал о некотором его интересе.