Шрифт:
— А какая вторая новость? — спросила настороженно.
Если это, по его мнению, однозначно хорошая новость, страшно представить какой будет вторая…
— К нам приезжает королева Майрисса, твоя мать…
Почти эпилог. Часть 4
— Моя кто?! — округлила я глаза.
— Поменьше восторга, — тихо произнёс Риард. — Обсудим это наедине.
— Конечно обсудим! — воскликнула я. Но потом постаралась успокоиться уже более мягко спросила: — Дорогой, ты же помнишь, что я… давно не видела… маму?
Его величество покосился на меня и неожиданно задорно рассмеялся.
— Умеешь ты деликатно слова подобрать, — отсмеявшись, протянул он.
— Учителя хорошие, — буркнула я, ускоряясь, чтобы побыстрее добраться до наших покоев и дать волю эмоциям.
— И кто же тебя учит? — поинтересовался муж.
— Ты, когда зубы заговариваешь, — проворчала, влетая в гостиную и начиная нарезать по ней круги.
Риард поймал меня на третьем крге, заставил остановиться и вытащить руки из причёски, поправил растрепавшиеся волосы, чмокнул в кончик носа и тихо спросил:
— И чего ты так испугалась?
— Он ещё испрашивает! — всплеснула я руками. — Это же королева ведьм, понимаешь?! Думаешь, мне удастся обмануть её? Да королева Майрисса на раз определит, что я не её любимая дочурка!
— И? — приподнял бровь спокойный как удав император.
— Что значит и?! Ты понимаешь, о чём я говорю? Она поймёт, что я не Эйлисса!
— И что с того, чудо ты моё испуганное? — погладил он меня по раскрасневшейся щеке. — Думаешь, Майрисса решится признать, что её дочь нарушила договор и сбежала? Это несмываемое клеймо на репутации не только королевского рода, но и всего королевства, свидетельство того, что с правящей династией Вед нельзя вести дела.
— Думаешь? — недоверчиво протянула я.
— Уверен, — улыбнулся муж. — Но даже если у Майриссы и хватит смелости, или скорее глупости, обнародовать эту информацию и устроить скандал, что нам с того? Необходимое количество берилла мы уже получили, и даже с запасом, так что пусть забирает рудники, если захочет.
— А я? — прошептала, прижав руки к груди и затравленно посмотрев на мужа сквозь наворачивающиеся слёзы. — Меня тоже пусть забирает?
Риард положил руки на мои плечи, чуть отстранил и пристально посмотрел в глаза.
— Ты моя жена, Эйли, и никто никогда не отнимет тебя у меня, убью любого, — тихо, но решительно проговорил он.
— Точно? — спросила, сощурившись, от чего по щекам скатились две крупные слезинки.
— Какая же ты у меня грозная… плакса, — улыбнулся он, обняв моё лицо ладонями и стирая мокрые дорожки со щёк большими пальцами.
— Я не плакса, — возмутилась, мотнув головой.
Но муж не отпустил, притянул к себе и долго, мучительно сладко поцеловал. Потом чуть отстранился и прошептал:
— Ты моя, Эйли. Я люблю тебя и никогда никому не отдам.
Кажется, я икнула. Риард тихо засмеялся и крепко обнял меня. И, млея в его объятиях, я решилась сказать то, в чём боялась признаться вот уже две недели.
— А я тебя тоже люблю, — прошептала ему в шею.
— Знаю, — самодовольно ответил он.
Вот же… император!
К приезду "матушки" я готовилась, наверное, ещё тщательнее, чем Риард к наступлению на кочевников. Отвлеклась от приготовлений только в день знаменательной военной кампании. Но муж категорически отказался брать меня с собой на войну. Что было хоть и обидно, но благоразумно. В результате я провела весь день в страданиях и переживаниях, которые заедала большим количеством шашлыка вприкуску с пирожными. Амиля, глядя на такое гастрономическое извращение, морщилась, но помалкивала. Уже успела попасть под горячую руку, когда утром попыталась успокоить мою начинающуюся истерику неосторожным замечанием на тему "Да что с ним станется, с твоим каменным магом? Его даже оголодавшие кочевники за столько лет не съели, побрезговали".
Теперь ведьма сидела с недовольным видом, помалкивала и пыталась расколдовать перекрашенные в ядовито-зелёный цвет волосы. А я ела, с большим аппетитом и не меньшей паникой на душе. День неумолимо приближался к завершению, а вестей с поля боя так и не было.
— Всё! Я так больше не могу! — вскочила, отбросив надкушенное пирожное. — Сашира, ты мне нужен!
На мысленный призыв я сейчас была не способна, слишком переживала, поэтому позвала вслух. Но белый страж не явился.
— Это невыносимо-о-о, — взвыла я, падая обратно в кресло и хватая очередную шпажку с шашлыком.
— Некогда ему сейчас, — решилась подать голос Амиля. — Он же тоже в наступлении участвует.
— А вдруг он погиб? Вдруг они все погибли, поэтому и нет вестей! — вгрызаясь в сочное мясо, пробурчала я сквозь слёзы.
— Я тебя не узнаю, — покачала головой подруга. — В последние дни ты сама не своя.
— Да я уже не жнаю, чья я, — буркнула, давясь вдруг ставшим невкусным шашлыком.
— Зато я знаю, чья, — улыбнулась ведьма. — Всё с твоим ненаглядным будет хорошо, вот увидишь. От такой любящей жены не уходят, даже на тот свет.