– Ну, и зачем ты меня ждать заставил? – ворчливо встретил его Милен.

– Дядя, я вот все думаю о той истории, что ты вчера рассказывал.

– Про пикник и драку?

– Нет. Про красавиц, которых привозят на горнолыжный курорт. Так хочется на них посмотреть! Может, свозишь меня вечером? Тем более, что сегодня суббота. Наверняка народ соберется. Сам видишь, мне нельзя за руль садиться, – Карлос потряс повязкой с гипсом.

– Съездить можно, только я сомневаюсь, что те девушки будут. Что-то я давно черных машин в деревне не видел.

– Все равно я хочу посмотреть. Я в ущелье только мальчишкой бывал, с отцом на рыбалку ездили. Интересно, как теперь там стало.

– Ну, давай, прокатимся. Только ужином старика угостишь?

– Хорошо, – Карлос усмехнулся. – Ну, что за человек! По словам матери, у него добра накоплено так много, что не одно поколение еще безбедно жить будет, а тут скаредничает, ужин у племянника выпрашивает.

– Вот и договорились.

– Только я хочу на твоем старинном кабриолете прокатиться. Ты не против?

–Ладно, что с тобой делать, – засмеялся довольный Милен. Карлосу показалось, что он и сам мечтает вырваться на простор из деревни. – Встречаемся в восемь вечера.

– Так поздно?

– А ты как думал? Горный курорт живет ночной жизнью, – ответил дядя и пошел к друзьям, которые уже ждали его на любимой веранде.

До вечера Карлос занимался делами отеля, но вяло. Все мысли были о ночном путешествии. Загадка чека не давала ему покоя. Как только часы прозвонили восемь, он уже стоял у порога.

Милен вышел из белоснежного Мерседеса с открытым верхом, но это был не старичок с палочкой. Перед племянником, гордо расправив плечи, стоял испанский дворянин во фраке и с черным галстуком-бабочкой на шее. Он небрежно опирался на трость с набалдашником в виде головы собаки, и весело переругивался с Ремей. Заметив Карлоса, он окинул его взглядом. Оценил кроссовки и джинсы, кожаную куртку, наброшенную на плечи, и отправил переодеваться.

Карлос вернулся в номер. Как ни уговаривала его мать переехать в дом тети, он не соглашался. Зачем им с сыном пустой трехэтажный дом, где нет хозяйки? Он вздохнул, отгоняя неприятные мысли о жене, и подошел к гардеробу. Он стоял перед раскрытым шкафом и не знал, что надеть. Кроме черного траурного костюма у него с собой не было торжественных и нарядных вещей. Пришлось надеть к нему бледно-лиловую рубашку, чтобы немного оттенить похоронный вид. Рубашка опять напомнила о Мадлен - ее подарок. Нашлись и черные туфли, которые Карлос ненавидел за жуткие острые носы.

Он с трудом застегнул запонки, потом криво повязал галстук (Ремей поправит), пиджак накинул на плечи: сломанная рука не позволяла надеть правильно. Карлос подошел к зеркалу. Волосы зачесал назад, немного брызнул парфюмом. Провел по подбородку - трехдневная щетина кололась, но возиться с ней не стал: и так сойдет. Сейчас модно ходить с легкой небритостью.

Наконец он удовлетворенно улыбнулся. В зеркале на него смотрел загорелый мужчина тридцати с небольшим лет. Глаза, глубоко спрятанные под широкими бровями, нос с легкой горбинкой, ямочка на подбородке – все создавало облик сильного волевого человека, в объятьях которого мечтали оказаться многие женщины. Карлос угрюмо усмехнулся: только не Мадлен.

Карлос вышел из номера, но снова вернулся. Достал из джинсов чек и сунул в карман пиджака. Зачем? Он и сам не знал, действовал спонтанно, по наитию.

Он спустился вниз, попрощался с сыном и матерью и вместе с Миленом отправился в путь.

Уже стемнело. Дорога, серпантином поднимавшаяся в гору, освещалась только фарами автомобилей, которые плыли сплошным потоком в вечернем тумане. Было слегка жутковато, но в то же время весело. Он не дал дяде закрыть крышу Мерседеса и теперь наслаждался ветром, бьющим в лицо и свободой.

– Te gusta? – ежеминутно спрашивал Милен.

– Мне нравится, очень нравится, – отвечал Карлос, наблюдая за движением. – Неужели этот курорт так популярен?

– А ты как думал? Вот у тебя в отеле зимой и в уикенд свободных мест нет, так?

– Ну, допустим.

– Ты полагаешь: народ косяком рвется на природу? По горам хотят погулять, воздухом подышать? Нет, дорогой племянник. Люди едут на горнолыжный курорт, а останавливаются у тебя в отеле потому, что сутки проживания в нем в три раза дешевле. Они сэкономят на ночевке, зато отдохнут по полной программе.

Когда они стали спускаться в ущелье, дорога стала такой узкой, что скорость движения совсем упала. Машины, как черепахи, ползли друг за другом, освещая путь фарами. Наконец серпантин закончился, и Карлос попросил дядю остановиться, не доезжая до отеля. Он хотел осмотреться. Милен пожал плечами, но выполнил просьбу племянника. Карлос вышел из машины. Он с хрустом потянулся и поправил пиджак, который все время норовил сползти с плеча. Окинув взглядом территорию, присвистнул.

– Ничего себе они развернулись!