Шрифт:
Артём пальцами начал собирать в гармошку подол моего платья, затем забрался под кружево и сжал пальцы на ягодице, скользнул ниже, касаясь моей влажности и выбивая из меня дух.
Даже не представляю, как я до сих пор держалась на ногах. На одном энтузиазме, наверное.
– Какая же... ты... отзывчивая... Ли. Просто крышу сносит...
Он говорил тяжело и хрипло, стягивая с меня трусики и обжигая дыханием и губами сквозь тонкую ткань платья кожу моего живота.
Я верила и не верила в то, что сейчас произойдёт то самое...
– Стой...
– выдохнула я, сжав пальцы на его плечах.
– А если... если кто-нибудь зайдёт?
– Не зайдёт.
– Почему ты так уверен?
Артём выпрямился и, криво улыбнувшись, приблизился к моим губам:
– Просто поверь мне.
Он вновь начал терзать мои губы своими, напрочь стирая даже намёк на сомнения.
Господи, как же я его хотела! Всего!
Не отрываясь от моих губ, Артём стянул с моих плеч куртку, оставляя её валяться у меня в ногах, а затем провёл своими горячими ладонями по коже моих рук, от плеч к кистям, сжимая в своих пальцах последние. Поднял мои руки над головой и прижал пальцы к верхушке шкафа:
– Держись.
Поняла я, что он имел ввиду только тогда, когда он, подхватив мои бёдра своими руками, оторвал мои ноги от пола. Я вцепилась пальцами за невысокий бортик и тут же задохнулась от его резкого проникновения в меня...
С губ сорвался стон, спина изогнулась.
Боже, да!
Он наполнил меня до краёв, вызывая коротящие молнии на внутренней стороне век и в груди.
Придерживая меня за поясницу и бедро, Артём задвигался...
Каждый его выпад уносил моё сознание всё выше, звенел в ушах, разрывал сердце от переполнявших его чувств. Чувств единства и наслаждения, когда вы - единое целое. Продолжение друг друга. Замкнутый круг.
Мы - единое целое.
Он мой огонь. И мы горим. Я сгораю, чтобы взорваться...
Да-да-да, уже совсем скоро я взорвусь...
Звон дверец шкафа, наше тяжёлое дыхание и стоны, звуки сжигающей нас страсти - всё смешалась в невероятно потрясающую мелодию ...любви? Лика, не будь дурой. Это простая мелодия секса. Грязного, развратного секса. Того, что стирает разум, оставляя взамен лишь похоть. Первобытную, животную.
– Ли, открой глаза...
Я открыла и утонула в поглощающей темноте...
Артём с рычанием жадно завладел моими губами, обхватывая крепче мою поясницу, прижимая меня своим телом к шкафу и ускоряя толчки...
Твою. Мать! Боже!
Меня накрыла волна наслаждения, скручивая внутренности в спираль только для того, чтобы отпустить, разорвать в клочья, уничтожить и возродить.
Артём рычал, вонзив зубы в моё плечо и продолжая вколачиваться. Я чувствовала, что он уже на грани. Скоро он нагонит меня.
Я переместила одну руку ему на шею, потянула волосы на затылке и, когда он поднял голову, врезалась в его губы своими, проникла в рот языком...
Он рвано втянул моё дыхание в себя и на выдохе взорвался.
О, и это было так потрясающе сладко для меня самой...
Не выпуская меня из своих рук, Артём разорвал наш поцелуй и, тяжело дыша, упёрся лбом в шкаф.
– Ты невероятная, Ли...
– выдохнул он.
– Обычная, - слабо возразила я.
– Ты невероятная, Лика, - повторил он, заглянув в глаза и улыбнувшись.
– Ладно. Как скажешь, - улыбнулась я в ответ.
– Прости, я неадерталец, - качнул он головой и уткнулся лбом в изгиб моей шеи.
– Ты вся провоняла мной.
– Не страшно. Мне нравиться, как ты пахнешь. Собой.
Что я несу? Совсем мозги раскисли.
Артём, отстранившись, чуть прищурил глаза, намереваясь что-то спросить, но, приподняв одну бровь, спросил совсем другое:
– В душ?
– Иди.
– Может, со мной?
– Дай передохнуть, - тихо рассмеялась я.
– Окей. Тогда я быстро в душ, а потом отправимся ко мне.
– Зачем?
– Ты не знала, что я мастерски готовлю попкорн?
– Будем смотреть кино?
– усмехнулась я.
– Так ты та ещё развратница, если подумала о другом, - наигранно округлил он глаза.
Я легонько хлопнула его по спине, улыбаясь.
– Может, ты меня уже отпустишь?
– Сразу после того, как поцелую, - пообещал он и поцеловал.
Глава 14
Его поцелуи совершенно однозначно плавят мне мозги. У него прямо-таки талант потрясающе целоваться.
– Думаю, в душ тебе стоит пойти первой.
– Думаю, ты прав, - выдохнула я и, наконец, оказалась ногами на полу.