Шумно сглатываю, поневоле опуская взгляд ниже.

Туда, где черная поросль густых волос.

О,Боже! Он хоть когда-нибудь бывает в спокойном состоянии?

Его огромный член выглядит так же угрожающе, как и его лицо.

Огромный, крепко прижатый к животу. С налитой кровью головкой.

И вот он. Этот его орган. Будто чувствует меня, хотя Арман даже не смотрит в мою сторону.

Дергается прямо ко мне.

Под новый хриплый мат Армана.

– Заходи, раз не убежала, – резкий, властный приказ. С теми самыми хриплыми нотками, которые бьют по всем нервным окончаниям так, что подгибаются ноги. Будто лупит голосом не хуже, чем кулаками. Куда-то в самую глубь.

– Ну? Нииииика! Так и будешь там стоять?

Медленно подхожу, опустив глаза.

Все лицо заливается краской.

Но лучше так. Подойти самой. Ведь я уже знаю, что он просто забросит на плечо, если захочет.

– Как ты себя чувствуешь? Больше не болит?

Даже не поднимая глаз чувствую, как жадно он впивается в меня взглядом. Пожирает глазами.

Да. Он стал моим первым мужчиной.

Но все равно мне трудно говорить с ним о таком. Черт, да мне даже трудно стоять с ним рядом! И находиться в одном помещении! Тем более, когда мы оба без одежды! А от всего его тела исходит такой запредельный жар!

– Никккккккка!

Он снова хлещет приказом.

– Не заставляй меня сбросить с тебя эту тряпку и снова проверить!

– Да, – упираюсь руками в огромную грудь, потому что он таки дергает меня на себя. Прижимает к разгоряченному телу. Так, что чувствую всей кожей, как мощно перекатываются все его мышцы!

– Все в порядке, – лепечу. – Уже не больно.

– Чего дрожишь тогда?

Наклоняется. Его хриплый голос разрывается вспыхивающими толчками прямо в ухо.

– Боишься меня?

Обхватывает подбородок, заставляя поднять голову. Посмотреть ему в глаза.

Проводит пальцами по губам. Нежно. Так нежно, что я задыхаюсь.

– Боишься?

Его глаза оказыываются совсем рядом с моими.

Дыхание ложится прямо на мои губы.

Близко. Он слишком близко. И отшатнуться нет никакой возможности!

– Нет, – качаю головой, смело глядя в его глаза.

И с удивлением понимаю, что это правда. Да. Я его не боюсь. Совсем. Ни капли.

Даже несмотря на его огромную силу! На то, что я, по сути, в его власти. И он может делать со мной все, что ему захочется!

Но почему-то я и правда его совсем не боюсь.

Может, это потому, что его руки умеют быть такими нежными? Так гладят сейчас мою спину… Бережно… Заставляя задыхаться. Хотеть расслабиться. Раствориться в этих прикосновениях!

А моя дрожь… Она вызвана совсем другим!

– По дому бродишь зачем? Ищещь запретную комнату Синей Бороды? Думаешь, у меня тут трупы замученых девственниц?

– Вроде того, – даже улыбаюсь. – Ты очень похож на Синюю Бороду.

– Охренеть у тебя фантазии, невинная Ниииииика!, – усмехается, но в глазах пылает дикий огонь. Дьявольский. – Так, может, станешь первой?

– Тебе это не нужно, – сама не замечаю, как он срывает с меня простынь. Одним легким движением, а ведь я так крепко завязывала тугой хитрый узел!

– Идеальная… Ты идеальная, – хрипло шепчет, жадно пожирая глазами мое тело. Пробивая меня все новой и новой дрожью.

– Пошли!

Подхватывает на руки и несет вперед.

Только сейчас замечаю, что в этом подвале не только растерзанные груши. Но еще и бассейн. Огромный. С подсветкой переливающийся мягких цветов. И… Явно глубокий.

– Нет. Не надо, – лепечу, впиваясь пальцами в его плечи.

Черт, я и правда, оказывается, расцарапала вчера этот камень!

– Ты чего? Как кошка извиваешься, которую идут топить?

– Я… Я не умею плавать, – лепечу. – И вообще. Я воды боюсь.

– Тебе и не надо уметь, – как он это делает.

Шепчет прямо в ухо, чуть прикусив мочку. И хочется расслабиться. Довериться. Даже несмотря на свой дикий внутренний ужас.

– Я однажды чуть не утонула. В детстве. Еле спасли, – все еще пытаюсь выкрутиться. Выскользнуть из огромных лап. – С тех пор и близко не подхожу к воде!