Шрифт:
— Отдыхай, малая! Я пойду, потрындеть надо, трубка горит. Разрулю все.
У меня даже не хватало сил что-то сказать в ответ. Я лишь плотнее смежила веки, проваливаясь в сон. Последние мысли, что посетили сознание - кто учил Армана русскому языку. Произношение отличное, но… эти словечки. Потрындеть?!
Я заворочалась во сне. Как жарко… будто прикасаюсь спиной не к стене, а к жаровне, в которой совсем недавно поворошили угли. Но за спиной была совсем не жаровня, а большое мускулистое, горячее тело. От крепких рук, что обхватили талию, шёл такой жар, что они почти обжигали. Боже, какие у него большие ладони! Если захочет, с легкостью сомкнёт их на талии…
Одна рука опустилась на тонкую изящную щиколотку и прошлись вдоль неё через тонкий материал сарафана. Как только ладонь дошла до бедра, тонкий материал оказался зажатым пятерней, что смяла лёгкую ткань. Ещё секунда и темная смуглая рука оказалась на нежной обнаженной коже.
Я не смела дышать. Первая эмоция – возмущение, даже страх, но прикосновение его рук вызывало странные, неизведанные до этого чувства.
Тяжёлая ладонь прошлась вдоль живота и поднялась вверх, к груди. Вырез был слишком широким. Не успела я и моргнуть глазом, как проворные пальцы уже прикоснулись к упругой коже.
Большой палец безошибочно нашёл нежно-розовый сосок и потёр его. Импульсы возбуждения, словно выпущенная из тугого лука стрела, пронзили низ живота.
Никогда ранее я не испытывала ничего подобного. От полноты и остроты чувств чуть не вскрикнула, но вовремя успела прикусить губу. Сердце быстро забилось, дыхание стало тяжёлым и поверхностным.
Когда горячая ладонь полностью обхватила уже обнаженную грудь, я задрожала мелкой дрожью. Умелые пальцы Армана ритмично сжали ее, вызывая ещё большую дрожь.
И тут, к своему удивлению, я поняла, что платье уже находится внизу, на талии. Потрясённая новыми чувствами и ощущениями слегка застонала, вжимаясь ягодицами в горячее тело позади себя.
Арман в мгновение ока перевернул меня на спину и оказался сверху.
Глава 47
Карие глаза потемнели, выдавая крайнюю степень возбуждения.
Только сейчас я заметила, что сарафан сбился. Край юбки был задран так высоко, что в темноте белели мои обложенные молочно-белые бёдра. Неловко опустив руку, я попыталась прикрыть сарафаном синие ажурные трусики, но испуганно замерла, словно пойманный в силки зверёк.
Арман, стоя на коленях надо мной, неистово пытался справиться со своей ширинкой. Ещё мгновение и, чуть ли не рыча от страсти, мужчина приспустил джинсы, после чего опустился на меня.
Это было так неожиданно и быстро, что я только успела упереться ладонями в его широкие плечи. Мой рот был захвачен в плен дерзким языком и твёрдыми беспощадными губами.
Они сминали мои мягкие не привыкшие к такому обращению губы. Язык совершал Язык совершал ритмичные движения, стараясь спровоцировать ответные порывы моего робкого языка.
Меня как будто кинули в холодную прорубь, как только я почувствовала своими обнаженными ногами мускулистые сильные ноги мужчины.
Что-то большое, горячее и пульсирующее ткнулось прямо между ног. В самое сокровенное и беззащитное… Синие трусики были лишь досадной преградой на пути этой пульсирующей мощи.
Испугано сжавшись, я вцепившись ногтями в смуглую кожу Армана. Поцелуй лишь набирал обороты, становясь влажным и бессовестно бесстыдным. Горячая плоть вновь ткнулась в самое сосредоточие моей женственности.
Оторвавшись от моих губ, Арман что-то произнёс хрипло и отрывисто. Силясь сказать, чтобы он остановился, я облизнула припухшие саднящие губы. Дикий возбужденный взгляд карих глаз словно магнитом впился в мою грудь.
— Арман… - толи произнесла, толи вскрикнула, когда темноволосая голова склонилась надо мной и грудь обожгла череда поцелуев-укусов. Язык несколько раз прошёлся по ареоле нежно-розового цвета.
Мои пальцы зарылись в его прохладные пряди волос, будто размышляя, как поступить дальше. Притянуть ближе к себе или же…
Решение пришло само собой. Слишком напористый, слишком большой… И я испуганно забилась в его руках, как только почувствовала, что тонкая преграда из хлопковых трусиков вот-вот падет под его опытными нетерпеливыми руками.
— Как я хочу тебя! Сдуреть просто…
Треск ткани окончательно развеял туман. Я попыталась оттолкнуть его, но тщетно. Все равно, что пытаться сдвинуть гору с места - будет тот же результат. Мужчина, должно быть, даже не ощущая сопротивления с моей стороны, пылко продолжил говорить: