Почувствовала, как начинали накатывать волны паники. Все те же, панические атаки.…Стало трудно дышать.

Я ощущала, как над губой начали собираться бисеринки пота. Сколько я уже здесь сижу минут десять? тридцать? Мне казалось ... целую вечность.

 Пока друг не послышался щелчок и дверь отворилась. Щурясь от того что в глаза попал яркой свет, выставила вперёд руку.

— Что с тобой? – послышался удивлённый голос Наргиз.— Выглядишь так, словно увидела приведение.

Я тяжело сглотнула, все ещё ощущая отголоски пережитого страха.

— Мне показалось, что меня кто - то запер- наконец еле выдавила из себя, в горле словно образовался ком, что мешал говорить.— Свет отключился и я запаниковала.

— Трусиха- как -то резковато сказала Наргиз.

Я удивлено вскинула глаза на девушку.

— Просто предохранители вылетели! А вообще тебе повезло, что я мимо шла – добавила девушка - а то неизвестно, сколько бы ты тут звала на помощь.

Внимательно смотря на меня, она добавила:

— Здесь тепло и много еды… просто рай для крыс.

Я вздрогнула инстинктивно бросая взгляд под ноги, мое богатое воображение уже нарисовало мохнатые серые клубки с розовыми хвостами у меня под ногами.

— Здесь, правда водятся крысы?!

Подняв резко голову, я наткнулась на внимательный взгляд Наргиз. Глаза девушки сейчас казались абсолютно чёрными, никогда раньше не замечала, насколько у неё темно- карие глаза.

Мне стали не по себе от ее холодного взгляда. Даже маленькие волоски сзади на шее встали дыбом, а столб мурашек покрыл нежную кожу рук.

В голове мелькнула догадка.

— Наргиз ты бы ведь не стала.…Но брюнетка не дала мне договорить. Уголок губ дрогнул в кривой улыбке, но она не коснулась глаз девушки.

— Что? Специально причинять тебе боль и страх?

На какое то мгновение у неё на лице мелькнули странные эмоции.

— Конечно же нет. Возьми корзину, Газем наверняка нас уже потеряла.

Во время завтрака меня не покидало напряжение. Я была готова поклясться, что дверь в кладовку закрылась не случайно, но могла ли так поступить со мной Наргиз?

Ведь я ей не однократно рассказывала, что от страха у меня бывают приступы.

А что если…

Если она догадывается о нас с Арманом?!

—Иссам, подай, пожалуйста, мне вон тот кусочек хлеба - нежно проворковала девушка, указывая на тарелку с выпечкой, что была совсем рядом с ней.

Арман не прерывая разговора с Юсуфом, пододвинул ближе тарелку к раздосадованной девушке. Должно быть, она рассчитывала на то, что мужчина поухаживает за ней.

Зато к моей большой досаде, Синай сидевший на противоположной стороне стола, встрепенулся и, встав с места, начал подливать мне в чашку чай.

—Спасибо – поблагодарила турка, обхватывая горячую чашку ладонями, почти обжигая пальцы. Отдёрнув их, взяла столовую ложечку, окунула ее в маленькую прозрачную пиалу с мёдом и облизнула тонкую янтарную ниточку, что потянулась следом.

Тут же вспыхнула, когда наткнулась на острый взгляд Армана. Мужчина расстегнул две верхние пуговицы и сделал ленивый глоток из кофейной чашки, завораживая меня своими глазами, что в точности по цвету напоминали сладкий янтарный мёд на моей ложке.

—Все же правильно говорят; « Где родился, там сгодился», – неожиданно громко сказала Наргиз.

Она пригубила кофейный напиток и следом отправила в рот конфету.

—Что ты имеешь виду?- озадаченно спросил ее брат.

Сегодня как всегда Синай нарядился словно франт. Белый пиджак, синяя рубашка, в завершение образа белоснежные брюки и лаковые ботинки.

—Ну, вот даже взять, например ... - Наргиз сделала вид, будто что-то обдумывает, затем щелкнув пальцами, произнесла, впиваясь в меня взглядом: Вику! Ей все здесь чуждо, я вижу даже за столом, не можешь поддержать компанию за чашечкой кофе. У тебя всегда либо вода, или же чай.

Я ошарашено уставилась на турчанку.

Но прежде чем успела ответить, вмешался Арман.

— Какая чушь! – бесцеремонно заявил он. — Надо выбирать то, что тебе по душе, а не подстраиваться под других, - сделав паузу, добавил, глядя мне в глаза – я всегда ценил искренность.

Наргиз переведя взгляд полный яда на Армана ,сжала губы, прежде чем проговорить:

—Экзотика это не плохо, но всегда ближе то, что родное и привычное.

В ее словах был явный подтекст. Без сомнений она намекала на то, что я для Армана всего лишь временное увлечение. Мысли по поводу того кто меня запер в кладовке были отброшены за ненадобностью.