Шрифт:
Поев, я наконец почувствовал прилив сил. Да и энергия восстанавливаться стала значительно быстрее. Перекусив я съел ещё один камушек эпсилон и проверил Псинку.
К еде она даже не притронулась. Да и вообще глаз не раскрывает. Но дышит, хоть и тяжело.
Я вышел в зал и обратился к Анне:
— Слушай… Ты говорила, что можешь помочь. Это твой навык, да? Ты можешь убрать боль?
— Нет… — растерянно ответила она.
Я сразу потерял надежду. Глупо было надеяться, что четырнадцатилетняя девочка может решить мою проблему. Я принялся искать аптечку или пакет с лекарствами, но девушка снова заговорила со мной.
— Но я правда могу помочь.
— Чем это?
— Я могу лечить.
— В смысле перевязывать раны? Это я тоже могу…
— Нет, я волшебница. Я могу исцелять.
— Что? Ты серьёзно? Это твой навык?
— Папа запретил говорить…
— Да ты уже всё сказала.
Во мне снова появилась надежда, но доверять жизнь Псинки ребёнку было страшно. И я решил её проверить.
Я положил ладонь на стол и быстро воткнул неё нож, пробив её насквозь.
От боли я заорал и тут же заткнул себе рот. Идиот… И о чём я думал? Нельзя было просто пальчик себе порезать? Хотя мне нужно знать, сможет ли она серьёзную рану излечить.
Новая волна боли была не менее жестокой, хоть и ожидаемой. Одним рывком я вырвал нож из руки, но на этот раз сдержал крик.
Я протянул дрожащую ладонь шокированной девочке.
— Только не говори, что ты пошутила.
— Я думала, помощь не тебе нужна.
— Считай это проверкой. Ты мне не доверяешь полностью, так с чего это я должен доверять?
— Справедливо, — сказала она и принялась за дело.
Анна расположила свои ладони по обе стороны от моей. Расстояние такое же, как и у меня при создании пластин. Её руки засветились фиолетовым, а затем я испытал дикий зуд.
Мне хотелось взять металлическую щётку и чесать затягивающуюся рану до крови, до мяса.
К счастью, процесс не сильно затянулся. И уже буквально через десять секунд я смотрел на целую и невредимую руку. Она не болела, не чесалась и даже шрама не осталось там, где двадцать секунд назад была сквозная дыра.
А вот Анна чувствовала себя не очень хорошо. Щёки налились красным, на лбу выступил пот, а дыхание участилось, как после пробежки.
— Эй, ты в порядке? — спросил я её.
Девушка была немного потеряна. Она смотрела по сторонам, не замечая меня.
— Да… Сейчас пройдёт, — ответила она через несколько секунд.
Я дал ей кружку с водой, но она отказалась. Вместо этого побежала в уборную, откуда донеслись звуки рвоты.
Ого, а я думал у меня сложный навык…
Так, стоп. Я сразу не заметил, но сейчас до меня дошло. У неё оба навыка были фиолетового цвета. Мне же не показалось? Но как такое возможно? На первом доступе получить два навыка.
Я не стал ничего говорить, а лишь наблюдал за девушкой.
Та, вернувшись из туалета, выпила воду и взглянула на меня.
— Я готова.
— Уверена?
— Да, потом будет плохо, если раны серьёзные, но я выдержу.
И я провёл её к Псинке, хоть и не доверял на все сто. Очень подозрительная личность…
— Какая милая собачка… Божечки, как жалко.
Глаза девушки засветились фиолетовым, на этот раз я с особым вниманием за этим наблюдал.
— Ей очень больно. Она умирает.
— Это я и без тебя знаю. Ты сможешь ей помочь?
— Да… — неуверенно ответила она. — Наверное, смогу.
В этот момент я поймал себя на мысли, что для меня жизнь собаки важнее, чем жизнь этой девочки. И зачем я об этом подумал? Нет, надеюсь, они обе выживут.
Девушка на этот раз сложила руки одну на другую и начала испускать фиолетовый свет.
Ну не может же это быть один навык? И чтение мыслей, и исцеление… Это же совсем разные вещи…
Псинка засуетилась, пыталась чесать свои раны, которые на глазах затягивались. Я не давал ей этого сделать, удерживая лапы.
Анна секунд через пятнадцать совсем ослабела и потеряла сознание. Я ожидал этого и поймал её обмякшее тело. Затем отнёс на диван в зале, а сам вернулся к Псинке.
Раны не затянулись полностью, но выглядели уже не так страшно. Да и собака была в сознании впервые после ранения. До этого она вроде бы просыпалась, но ненадолго, да и взгляд был неосмысленным.
Сейчас же она смотрела мне в глаза с огромным желанием жить.
Повезло же мне встретить эту девочку. А я её ещё хотел пристрелить…
Интерлюдия 2. Тролль
— Что значит потеряли связь? Они там не на рыбалке! Они товар должны были привезти! — орал Тролль, расхаживая по залу.
— Господин… Простите. Отправить туда новый отряд? — дрожащим голосом спросил Ювелир.
— Подожди. Нужно сначала всё обдумать… — немного успокоившись сказал Тролль. — Это тот же пазл, где ты видел того Кодекса?
— Да, но он уже не возле метеора. Он движется в лагерь кочевников.
— Тот, что на заводе?
— Д… Да, господин.
— Тот самый, возле которого наш отряд пропал?
— Д… Да…
— Не нравится мне всё это… А девка та где?
— Она. Похоже, Кодекс её нашёл.
— Что-то этого Кодекса слишком много в последнее время. Нельзя, чтоб он привёл её на завод. Кочевники её сразу увезут за несколько пазлов.
— Но я не уверен, что это он. Отмеченный хум сейчас на заводе, возле которого наш отряд накрыли, а девочка недалеко от него. Чем она так ценна?
— Много чем, Ювелир… Поверь, она очень ценна. Но это не твоего ума дело. Главное, приведи меня к этому Кодексу и этой девчонке.
— Так мне отправить отряд?
— Да! Собирай всех. И я тоже поеду.