Я создал пластину покрупнее и приготовился запустить её в проём. Но мутант оказался умнее, чем я думал. За мной он гнаться не стал. Вместо этого он побежал по стене вверх.

Послышались звуки бьющегося стекла и сразу же женский крик.

Я мигом развернулся и сломя голову побежал к лестнице. Быстро поднялся и вломился в наше убежище.

Посреди зала на сломанном столе сцепились Псинка и ползун, пытающийся её достать клешнями.

Подбежав к мутанту, я создал клинок из материи и всадил его в панцирь на спине. Послышался треск и жалобный клёкот. Монстр стал извиваться на полу, клацая клешнями.

— Псинка, назад! — заорал я, отталкивая собаку.

Клешня щёлкнула возле моей руки, но я успел её одёрнуть. Создав пластину покрупнее, я раскрутил её и бросил в монстра. Снова раздался клёкот, который резко прервался, вместе с движениями монстра.

— Вырежи у него почки, а я пока посмотрю, нет ли там его дружков, — сказал я и метнулся на балкон.

Спускаться на второй этаж не уже стал. Лучше не оставлять эту девочку тут одну или даже с Псинкой.

Тварей стало немного больше за те несколько минут, что я возился с ползуном. Но сородичей его не видно. Зато появилось несколько других не менее проблемных тварей.

Плевуны.

Эти уроды не просто заняли удобные для обстрела позиции, под разными углами и подальше друг от друга, а ещё и укрылись за различными преградами, вроде трансформаторной будки или брошенной машины.

Как только я попытался прицелиться в них из арбалета, в окно прилетело три или четыре сгустка кислотной слизи.

Спас меня рывок, который я использовал уже на инстинкте.

Окно из металлопластика стало разъедать, а желание высовываться у меня отбило напрочь. Но и прощать им этого я не собираюсь.

Следующие минут десять я бегал от одного окна к другому, меняя квартиры и этажи и делая по одному выстрелу с каждого. Иногда меня замечали слишком быстро, не давая толком прицелиться и тем более пристреляться. Но чаще всего у меня было достаточно времени, чтобы рассчитать расстояние, угол и, соответственно, траекторию полёта болта.

Удалось убить всех четверых плевунов, но набегался я так, будто убегал от разъярённой толпы футбольных фанатов. Вот и выяснил предел своего усиленного тела.

Когда я вернулся в нашу квартиру и с облегчением уселся на невероятно удобный диван, то сразу же услышал звуки разбиваемого кирпича.

— Что, опять? — выдохнул я, поднимаясь с дивана.

На этот раз к нашему окну приближался не один, а сразу три ползуна. Мана на исходе, физические силы так же. Остаётся либо выпить энергетик, либо валить отсюда куда подальше.

Я выбрал второй вариант, так как откат после этой дряни очень неприятный. Да и не дадут нам покоя в этой квартире. Сраная баньши с её ультразвуковым криком.

— Уходим, — коротко сообщил я и схватил свой рюкзак.

Квартиру запер на ключ. Это должно хоть немного задержать ползунов.

Поднявшись на пятый этаж, я проклял проектировщиков этого дома.

Выхода на чердак, в этом подъезде не было. Но выходить из него на улицу я не собираюсь.

Проглотив ещё один камень эпсилон, я принялся вырезать проём в кирпичной кладке, в одной из квартир.

Времени ушло не так много, пластины хорошо справлялись с этим материалом. Гораздо лучше, чем с бетоном. Даже рабочую арматуру срезал без проблем. Надеюсь, здание не сложится прямо сейчас, как карточный домик.

Так мы и попали в соседнюю квартиру, где нас дожидался один очень недружелюбный зомби. Хотя на вид был довольно интеллигентам старичком, с тростью в руке, пиджаке и брюках, практически не разорванных.

В первые секунды я даже подумал, что это выживший. Такой же иммунный как я. Но, когда он бросился к нам, всё стало ясно.

Я хотел было запустить в него пластину, но она исчезла, не успев полностью сформироваться. Накатила ещё большая усталость и тошнота.

Дедуля тем временем вцепился зубами Анне в руку, а Псинка ему в шею. Так они и стояли, мыча, рыча и крича. Я быстро выхватил нож и бросился Псинке на помощь.

Я сказал Псинке? Имелось в виду Псинке и Анне, конечно.

После первого же удара дедуля свалился, а я с удивлением уставился на руку девочки.

Ни царапины. Как она так моментально исцелилась? Или она неуязвима? А может, у неё невероятная скорость регенерации, даже без активации навыка?

Всё оказалось куда проще.

Присмотревшись к деду, я заметил, что у него нет ни одного зуба. Так что он скорее напугал девочку, чем навредил ей.

— И чего орать было? Подумаешь, руку обслюнявил.