Фикрет Явуз покачал головой. Как плохо работать в подобных условиях. Кажется, его пенсия действительно будет на грани минимума, установленного в таких случаях.

— Я вам отвечу, — сказал комиссар. — Во-первых, ваш гражданин был убит своим ножом, о котором знали только члены его группы. Они покупали его вместе в Стамбуле, и посторонний человек мог принять его за обычный сувенирный нож. Во-вторых, в номере после убийства осталось, однако, около пятидесяти тысяч долларов. И еще драгоценности. Как вы думаете, если это был обычный грабитель, почему он не взял деньги и ценности?

Дипломат ошеломленно молчал. Потом нерешительно сказал:

— Извините. Я всего этого не знал.

В комнату вошел менеджер. На нем была цветная жилетка и светлые брюки. За ним вошел помощник комиссара.

— Я уже велел всех вызвать сюда, — сообщил менеджер. — Они живут в городе, и наш автобус поехал за ними.

— Прекрасно, — кивнул комиссар, — теперь я понимаю, почему все стремятся на ваш курорт. У вас прекрасная реакция.

Менеджер улыбнулся:

— Я распорядился принести сюда чай и кофе, господин комиссар. Если вам понадобится еще что-нибудь, мой секретарь вам все обеспечит. Он вышел из комнаты.

— Кто у нас еще в списке главных свидетелей? — спросил комиссар. — Вы все время говорите об одной девушке, которую вы не могли видеть со своего балкона.

— Да, — сказал Дронго, — одна из двух оставшихся в бассейне женщин. Я не мог ее видеть, так как она довольно долгое время была в сауне.

— Как ее зовут? — оживился комиссар.

— Кажется, Кира. Фамилию я не знаю.

— Распорядитесь, — приказал комиссар помощнику, — пусть ее пригласят следующей.

Через пять минут в комнате появилась Кира. Она была одета в светлый брючный костюм и, несмотря на внешне независимый вид, очень нервничала. Это было видно и по ее манере держаться, и по дергающемуся лицу. Она села на стул напротив комиссара, пытаясь унять дрожащие руки. Ее миниатюрное личико было плохо накрашено, очевидно, ее позвали прямо из номера.

— Почему вы так нервничаете? — спросил Дронго.

— Как будто вы не знаете, что случилось, — выдохнула она, — такой ужас. Убили Виктора.

— Вы его хорошо знали? — спросил комиссар.

— Не очень.

— Но он был руководителем фирмы, где работал ваш друг.

— О ком вы говорите? — не поняла женщина. — Какой друг?

— Тот человек, с которым вы сюда приехали. Кажется, его зовут Олег Молчанов, — пояснил Дронго. — Он ведь финансовый директор в компании, которую возглавлял Виктор Кошелев.

— Он мой муж. Мы собираемся расписаться сразу после возвращения, — гордо сообщила Кира. — Я никогда бы не приехала на курорт просто с другом.

— Простите, — улыбнулся Дронго, — это, конечно, важное уточнение. Но тем не менее вы не ответили на вопрос комиссара. Вы хорошо знали Виктора Кошелева?

— Не очень хорошо. И совсем не хотела знать лучше.

— Почему? — спросил комиссар, когда Дронго ему перевел.

— Он был мерзавцем, — безапелляционно произнесла Кира, — и я совсем не жалею, что его убили.

— Это слишком категоричное заявление, — покачал головой Самойлов, — не нужно говорить такие вещи. Вас могут заподозрить в убийстве.

— Меня? — засмеялась Кира. — Никогда! Кто меня может заподозрить? Мне-то зачем было его убивать?

— Вы некоторое время отсутствовали в бассейне? — сказал Дронго уже от самого себя и заметил, как вздрогнула женщина при упоминании бассейна.

— Я была в сауне, — торопливо сказала она.

— Возможно, — согласился Дронго, — но у вас было время, чтобы выйти из сауны, добежать до номера Виктора, убить его и снова вернуться. Из сауны есть выход в отель через детскую комнату и кафетерий.

— Какой бред, — пожала плечами женщина, — для чего мне это было нужно?

Она попыталась достать из сумочки сигареты, и было видно, как дрожат ее руки. Наконец она раскрыла сумочку и, достав пачку, с трудом вытащила сигарету. Потом посмотрела по сторонам.

— У вас нет зажигалки? — спросила она у Дронго.

— Я некурящий, — сухо ответил он.

Самойлов достал зажигалку и подошел к женщине. Она закурила, легким кивком поблагодарив дипломата.

— Ваш будущий муж был финансовым директором у человека, которого вы только что назвали мерзавцем. Может, вы решили таким образом освободить своего мужа от мерзавца? — предположил комиссар.

— Он в личной жизни был мерзавцем, — гневно ответила женщина, — а на работе он как раз был достаточно умным и пробивным типом. Зачем мне было его убивать?

— А кто, по-вашему, мог это сделать?

— Из нашей группы никто, — твердо сказала женщина, — ищите среди служащих. Может, кто-то польстился на его деньги.

— Не подходит, — возразил Дронго. — После убийства мы нашли все деньги в его сейфе.

— Какие деньги? — быстро спросила Кира. — Доллары?

— Да, конечно. Около пятидесяти тысяч долларов лежали в его личном сейфе. И драгоценности Инны тоже были там.