— Понял!

— Молодец. Тем более тебя Анна ждёт, не забывай этого.

Вернулись назад, чтобы зайти непосредственно с северной стороны. Увидел тентованный Камаз, он сваливал с села. Остановка. Навёлся на него спаркой и ударил очередью из тридцатимиллиметровой пушки. Камаз съехал в кювет, лёг на бок и загорелся. Замечательно! Зашли в село. Крутил головой на триста шестьдесят градусов. Главное, что бы нам в бочину или в задницу гранату не зарядили. Но бандосов не встретили. Похоже вояки они ещё те. Поняли, что одна БМП и танк подбиты и решили сваливать?! Всё может быть. Наконец центральная улица. Зашли танку в тыл. И вовремя. Он разворачивал башню в нашу сторону. Ещё немного и всё. Выстрел нашего сто миллиметрового орудия. Кумулятивный снаряд ударил в корму танка. Тогда я впервые увидел, как детонирует танковый боезапас. Башню сорвало с погона и отшвырнуло на десяток метров от танка. Она грохнулась на чью-то баню и проломила крышу. Сам сруб начал разваливаться. Танк горел как бенгальская свеча. Мать честная. Услышал, как матерится Георгич. Он сразу сдал назад.

— Ну ни хрена себе! — Это уже в наушнике гарнитуры отметился Стас. Потом услышал Илью.

— Марк, приём?!

— Говори.

— Зачётно! Смотрю, просто обалдеть. Марк, бандосы сваливают. Вижу БМП-2. Она уходит на северо-восток. Мне её не достать, хотя попробовать можно.

— Да и хрен с ней, пусть валит. Не трать боеприпас. Ты пока побудь там. Понаблюдай.

— Понял. Во, второй Камаз вижу. Тоже в ту сторону сваливает и два джипа.

— Пусть сваливают. Надеюсь, тут больше никого не осталось?

Объехали горящий танк. От дома он всё же откатился, метра на четыре-пять, размотав гусеницу полностью. Отъехав от разгорающегося пожара, остановились. Увидел Стаса. Он был в камуфляжных штанах, берцах, тельняшке. Тельняшка порвана, в пятнах сажи и крови. Плюс голова у него была перевязана. В руках нёс ручной пулемёт. Я вылез из БМП. Обнялись с ним.

— Спасибо, брат. Если бы не вы, всё, суши весла. — Посмотрел на горящие останки танка. — Красиво ты его уделал.

— Ага, красиво. Чуть в штаны не навалил, когда выскочили на него. А он башню уже почти развернул.

— Почти не считается. Я смотрю ты техникой разжился.

— Есть такое. Прикинул на досуге. Понял, что с одним пулемётом, пусть и крупняком, тут ловить нечего, если в серьёзную заварушку влезем.

Стас кивнул. Посмотрел на село.

— Всё трындец селу. Сгорит на хрен.

— Однозначно. Уходить надо. У тебя какие потери?

— Трое убиты. Два мужика и одна девчонка. Это из тех, кто прикрывать отход остались. Остальные в разной степени ранения. Даже сам не знаю кто и как. Сейчас будем смотреть.

— А остальные?

— В лесу.

— А барахло то ваше где?

— Возле фермы. Там и колону формировать начали. Скот в двух прицепах. Их вчера со складов пригнали. Борта нарастили. В одном прицепе коровы и бычки, во втором овцы, козы, парочка хрюшек. Отдельные ячейки им сгородили. Зил-130, бортовой, туда продукты с одного ледника сложили и так имущество, плюс куриц взяли с гусями. В ГАЗ-66 уложили оборудование к колбасному цеху. Маслобойку и сепаратор. До хрена короче.

— Не повредили?

— Не знаю. Но надеюсь, что нет. Там никого не было. Мы сразу в село выдвинулись, а дети с женщинами, их немного, в лес драпанули.

— Так, Стас, давай село прочешем на всякий случай. Мало ли.

— Давай.

Связался с Ильёй, сказал, чтобы к нам выдвигался.

Шли по селу вчетвером — я, Стас и двое его людей. Парни молодые, одному 20, другому 27. Это хорошо. Главное не потерять их. Поэтому шли первыми я и Стас, они шли позади нас. Село горело. От горящих домов, которые никто не тушил, загорались соседние. Но я смотрел уже равнодушно. Плевать, всё равно отсюда уходим. Дошли до середины села как услышал в гарнитуре:

— Марк, приём! — Это был Илья.

— На связи!

— Прикинь, я тут пленного взял!

— Где?

— С Камаза, которого вы с тридцати миллиметровки грохнули!

— Он сильно живой?

— Конечно. Мало того, он сам сдался.

— Понял!

Посмотрел на Стаса.

— Стас, возвращаемся.

— А что такое?

— Есть пленный. Это всё, что нам нужно. Рисковать дальше не будем.

Вернулись назад. Возле БМП стояла наша БТР. На ней сидел довольный Илья. На земле сидел мужчина. Я подошёл к нему.

— Встать! — Он поднялся. На вид ему было лет 40, как Стасу.

— Кто такой?

— Юрий Коновалов.

— Рассказывай Юрий Коновалов.

— Что рассказывать?

— А всё рассказывать. Сколько вас сюда ублюдков пришло? Сколько осталось в Халтурино? Какое у вас вооружение?

— А надо? — Я от его вопроса даже подвис. Смотрел на него, он на меня.

— А тогда на хрен ты мне тут сдался? Сей час тебе пулю пустим и все дела.

— Ну так пускай и все дела.

— А зачем ты сдался?