– Яна, это Коля, привет. Ну что, высылать за тобой наряд?

Яна судорожно вспоминала, проворачивали ли они с Крис сделки вчерную, и лишь тревожно дышала в телефонную трубку. Никита даже не заметил, что у нее зазвонил телефон.

– Ты вообще тут? – снова донеслось из динамика. Яна промычала нечто похожее на «угу».

– Мне пацанов за тобой гонять, конечно, не хотелось бы ради одного только кофе. Давай сама приедешь? Тем более что ты меня так дерзко призывала к ответу за свою грудь.

Яна вспомнила инцидент на Кутузовском. По номерам машины пробил, что ли? Лестно.

– Зачем наряд? Сам за мной заезжай. Только отпрошусь у мужа на свидание, – Яна ткнула локтем в бок Никиту в надежде, что тот слышит обрывки разговора и хоть для проформы поревнует. Но тот уже включил очередной фантастический сериал на Netflix.

– Э-э-э… – протянул на том конце связи Коля.

– Ну а что ты так удивляешься? Телефон по номерам пробил, а семейное положение забыл? Фу, как безалаберно стала работать наша полиция, – интеллигентно злословила Яна, едва сдерживая себя, чтобы не рассмеяться.

– Ян, ну ты же понимаешь, что теперь это уже просто вызов. И вопрос чести.

– Что именно вопрос чести? – ехидничала она, наслаждаясь ситуацией.

– Проверить твою грудь на натуральность. Утвердиться в своей правоте, так сказать! – не сдавался Коля, уверенный, что фраза про мужа – бравада, далекая от действительности.

– Ну так пробивай адрес и заезжай за мной, – пошла ва-банк Яна.

– Я смотрю, ты вкрай оборзела! Долбанулась в корягу!

– Именно. Короче, давай, жду, – повесила она трубку, чтобы не разразиться гомерическим хохотом. Панибратского или фривольного отношения к себе она не позволяла.

Яна прекрасно знала, что по месту прописки Коля ее не найдет: там живут родители, но сейчас они на даче. Удовлетворенная легким флиртом без тяжелых последствий, она добавила номер в заблокированные контакты, перевернулась на живот и засунула себе в задний проход градусник, выдернув наушник из уха Никиты, чтобы тот готовился к оплодотворению.

Однажды Коля ей неожиданно приснился. Востроглазый, с изогнутой ухмылкой, волосатой грудью с завитками, похожими на серп. Коренастый, смуглый, с агатовыми глазами. Вернувшись в реальность от липкого морока, она поняла, что кончила во сне, и резво перепрыгнула на Никиту, чтобы скинуть с себя угрызения совести. Пересекаться со своей спонтанной эротической фантазией наяву Яна не готовилась. И потому заметно нервничала, стоя у проходной.

Коля встретил ее холодно, с некоторым пренебрежением. Нет, в нем говорила не злость за то, как он приехал по месту ее прописки и наткнулся на безнадежные гудки в домофоне, а после обнаружил, что она заблокировала его контакт. Его просто раздражало, как быстро люди переобувались в отношении него, стоило им попасть в досадную неприятность, которую он в силу своего положения мог легко разрулить. Он решал чужие проблемы, и люди снова исчезали в небытие. И возвращались оттуда с той же наглостью и легкостью, с которой пропадали. Вся усталость и злость суточного дежурства взыграла в нем, и Коля был готов спустить собак на охамевшую динамщицу.

– Чего, мать, отобрали все же права? – с издевкой в голосе поинтересовался майор Мансуров, почувствовав, как от Яны разит перегаром.

– Если бы, – Яна опустилась на корточки и начала плакать. Ночью и утром она держалась как настоящий боец, зато теперь олицетворяла собой водопад Виктория.

– Пошли отойдем, странная ты какая-то, – поднял он ее и потащил к машине: – Садись.

Яна послушно примостилась на сиденье, наклонила голову назад и часто дышала в попытках успокоиться. Коля спокойно курил, пережидая бабскую истерику. Однажды ему такую уже устроили – из-за выцарапанного слова «сука» на капоте. Ему даже самому захотелось дополнить сказанное словами «и дура к тому же».

– Да, блин, это сюр какой-то, у меня же маленькая жизнь маленького человека… – Яна выдернула у него из рук сигарету и глубоко затянулась.

Она перманентно оглядывалась по сторонам и прижимала к груди ноутбук. Как обнародовавшей позорный промысел воровке теперь приходится прятаться и озираться, хотя ничего предосудительного Яна не сделала. Вот бы совершить квантовый скачок в будущее, где все, что останется из горечи и реминисценций, можно излить не белое полотно вордовского файла.

– Ты ведешь себя как торчок на измене. Чего оглядываешься? Меня так заподозрят в преступных связях, – попытался разрядить обстановку Коля и закурил новую.

– Это просто… бред какой-то. Нет, блин, даже озвучивать дико, – Яна вдруг перешла с плача на смех.

– Ты накурилась чего-то не того? Если так, то отпустит, подождем. Воды с лимончиком намутить? – вспомнил он, как по молодости приводил в чувство младших лейтенантов после раскура вещдоков.

– Мне угрожают, Коль. Мой муж. Я выключила телефон, – она показала записанный и уже почти стертый на ладони его номер, – и сбежала из дома. Взяла только паспорта свои и это, – протянула она ему ноутбук. – Можешь положить в рабочий сейф и, если со мной что-то случится, передать… – Яна задумалась, кому в подобных случаях передают такие вещи, – в какой-нибудь отдел по экономическим преступлениям. Меня уже ищет служба безопасности банка, в котором работает мой муж. Он сказал, что я украла данных на триста миллионов.