— Я тоже так считаю Егор, — кивнул я. — Но, сомневаюсь, что мы можем легко и быстро проверить все клубы, в том числе и подпольные. Здесь нужно выпускать всё отделение, чтобы оно занималось этим.

— А всё отделение и не надо, — сказал Егор. — У нас есть человек, который скажет нам, где это происходит, и от кого он получил эту дрянь.

— И кто же?

— Бурлаков. Ты уже забыл, что он явился к тебе, приняв этой дряни, а вместе с ним его дружки, и после полегли все кроме него. У него будет некоторый стимул, чтобы помочь тебе. Хотя бы просто, чтобы отомстить за своих друзей. А если не захочет этого, то пожалуй можно будет попытаться воздействовать на него немного по-другому. Сегодня после дежурства… Да, зачем после дежурства — сейчас, звоним Петрову, говорим о том, что у нас появились идеи о том, как найти всю шайку, а после этого едем к Бурлакову и начинаем работать с ним.

Я хотел достать телефон, но Егор звонил уже вместо меня.

— Алло… Да, Владислав Андреевич, это Берг-Дичевский. Нет, ничего не случилось, объекты не показывались в зоне наблюдения… Нет, я звоню чтобы сказать, что похоже мы нашли способ, чтобы найти корень всех зол, и не только его, и покончить с этой гадостью и найти тех, кто распространяет… Нет Владислав Андреевич, не могу по телефону… Да, опасаюсь, что его прослушивают… Да, хорошо. Да, ждём.

Егор с довольным лицом положил трубку.

— Через ми нут сорок приедет Фолин и Крязев нам на смену, а мы сможем съездить до Бурлакова. Готовься, сейчас будем разбираться с ним. Если нужно привлечём ещё кого-нибудь для того, чтобы вытащить из него правду.

Я ошеломлённо смотрел на Егора. Всего за пару минут так всё организовать… Что-то я действительно расклеился, когда нужно было собраться.

— Спасибо Егор, — только и сказал я.

— Не стоит, я ещё ничего не сделал.

Минут через сорок прибыла наша смена. Сев в служебный автомобиль мы поехали в тюремный госпиталь, где сейчас находился гражданин Бурлаков.

Наши полномочия и наша форма помогла нам беспрепятственно попасть внутрь, после чего нас провели в палату преступника. Бурлаков лежал пристёгнутый, к кровати, с тщательно зафиксированными руками и ногами. К его телу был подключён аппарат по переливанию крови или нечто подобное, не разбираюсь в этом. Когда человек отравляется, ему первым делом промывают желудок, и начинают менять кровь, чтобы удалить все ядовитые вещества, которые были занесены в тело.

Запах в палате стоял отвратительный — рвоты, пота и отходов жизнедеятельности. Похоже Санитары хоть и поддерживали заключённых пациентов, но делали это без особого энтузиазма.

— Привет-привет, — Егор сел напротив кровати Бурлакова. — Вижу ты очень раж нас видеть мой друг.

— Пошёл к чёрту, — выплюнул Бурлаков.

— Я сейчас как раз у него, — парировал Егор. — Слушай, нам нужно от тебя сущая малость — просто, чтобы ты нам помог.

— Я помогать вам не собираюсь, — огрызнулся Бурлаков.

— Значит, будешь лежать здесь гораздо дольше, чем нужно, — спокойно ответил Егор. — Так же, в грязной и пропитанной потом одежде, с постелью заляпанной мочой и фекалиями и со следами рвоты рядом с лицом. Так же, привязанный к койке, а ещё медбрат или санитар будет регулярно ставить тебе клизму.

— Паскуда, — ответил Бурлаков. — Чтоб ты сдох!

— Ты не представляешь, сколько людей мне желали этого, — спокойно ответил Егор. — И знаешь, с ними случилось совершенно обратное. Но знаешь, давай вернёмся к тебе. Мы знаем, что кто-то дал тебе порошок, таблетки, пилюли, или другую дрянь, ты проглотил их и решил, что тебе любое море по колено, а любые горы по плечу и пошёл воевать на моего друга и родственника. Всё бы ничего, ты можешь и дальше орать сколько угодно, обещать, как ты жестоко покараешь нас и такое прочее, но знаешь — твои дружки, которые приехали с тобой — те смуглые орлы, и твой секретарь или кто он там был все погибли.

Бурлаков прекратил дёргаться и скрипеть зубами.

— Ты врёшь! — крикнул он.

— Увы нет, — вмешался я. — Или ты ничего не заметил, пока мы дрались? Вы все, принимали пилюлю, когда сражались со мной и моими людьми, после я просто не дал тебе принять пилюли, и ты остался жив, хоть и попал в больницу, а остальным не повезло — они скончались прямо там. У кого-то случился инсульт с обширным кровоизлиянием в мозг, у кого-то остановилось сердце, у кого-то лёгкие — но все как один погибли на месте, пуская пену изо рта и суча ногами.

— Врёшь, — уже не так уверенно ответил Петров.

Я достал телефон, и начал просто показывать ему фотографии.

— Зёма, — протянул Бурлаков глядя на своего секретаря. — Столько лет вместе и так глупо погибнуть… Ладно бы эти, бровастые, но Зёма…

— Мне нужно знать, кто дал вам эту дрянь, — напрямую спросил я. — Чтобы посадить его.

— Ладно, чёрт с тобой, — наконец сказал Бурлаков, придя к какому-то решению. — Это был клуб «Засада» на Южном. Я не знаю, кто это был, но мне дал это тощий блондин, которого все звали Сутулый.