Шрифт:
Я должен хоть что-то сделать.
Не могу оставить ее там.
— Мы перегруппируемся, — говорит Джоэл низким неубедительным тоном. — Я обещаю.
Я опускаю голову, подбородком почти касаясь груди.
Я так старался… как я мог подвести ее?
Глава 15
Китти-Кэт
Эмили
Шершавые пальцы касаются моего лица и скользят по шее, а после стучат по моей груди. Я вздыхаю, прижимаясь к прикосновению. Почему я так ужасно себя чувствую? Почему такое чувство, будто мой мозг распух? Приоткрыв глаза, я вижу пелену тумана, затмевающую мой взор, поэтому закрываю их снова.
— Кто ударил ее?
Этот австралийский акцент. Я невольно вздрагиваю от странно знакомого голоса.
Бам!
Я подпрыгиваю, когда раздается выстрел, и какая-то жидкость брызжет на мои босые ноги. Я моргаю, поскольку реальность начинает возвращаться. Я трясу запястьями и слышу, как скрежещет металл. Они висят у меня над головой. Со стоном я поднимаю голову и моргаю еще раз. Яркий прожектор надо мной обжигает глаза, поэтому я крепко зажмуриваюсь.
Чужие пальцы вновь ласкают меня, переходя от нетерпеливых постукиваний и толчков к поглаживаниям с предельной нежностью. Любопытно. Я моргаю несколько раз, убирая с глаз пелену, которая мешает моему взору. Сначала я вижу его руку... татуированные кости и неразборчивые буквы. Мое сердце становится твердым, словно камень.
Камень. Джай?
Быстро поднимаю голову и бросаюсь вперед, только чтобы быть пойманной цепями. Нет.
Нет, Боже. Пожалуйста. Нет.
Я трясу головой, прогоняя остатки сна. Татуированный рот и зубы изгибаются в дьявольской ухмылке.
— Проснись и пой.
Я качаю головой, ощущая, как на меня накатывает печаль, и бесстыдно всхлипываю. Слезы капают из моих глаз и падают на голые бедра, оставляя чистые круги на грязном. А почему я голая?
Череп проводит своей большой, гладкой рукой от брови до моей щеки, и я тут же закрываю глаза. Но он хватает меня за подбородок и тянет мое лицо вперед. Удерживает меня так несколько дней — может быть, несколько месяцев. По крайней мере, так мне кажется. Когда я открываю глаза, меня охватывает озноб, а страх парализует.
Татуировка черепа. Она такая же ужасающая, как я помню — теперь даже ужаснее после того, что я сделала ему.
Я — покойница.
Череп усмехается, его улыбка растягивается до самых глаз.
— Ты же не думала, что сможешь убегать от меня вечно, правда, Китти-Кэт?