— Как Миша? Вы видели его.

У Натальи дрогнули губы и я поняла, что зря спросила.

— А ты видела его? — удивился Кирилл.

— Он там — она указала в направлении кабинета — можете зайти сами увидите.

Неужели там все так плохо?

— Хорошо, мы зайдем — отвечаю ей.

— Ладно, мы будем вас ждать там — она указала на дверь — и спасибо тебе Кирилл еще раз.

Она ушла, а у меня ужас в душе поселился, что же там с Мишкой.

— А ты не видел Мишку?

— Нет, у меня здесь брали, а потом ему понесли.

— Понятно. Ну, как, ты?

— С чая прекрасно стало — улыбнулся он.

— Хорошо — я взяла его за руку.

— Пойдем, посмотрим на Мишку — предложил он.

— Давай — забираю у него стакан и выбрасываю в урну, рядом с кабинетом.

Мы тихонько поднялись и пошли к кабинету, на который указала Наталья.

Заглядываем. Мишка лежит на кровати и как будто спит. К нему подключены какие-то датчики. На руках шрамы и следы порезов, дальше одежды и покрывала не разберешь, что с ним. Он выглядит очень бледным. Я наклонилась и коснулась его руки — теплая. В голове просто не укладывается. Он выглядит спокойным и умиротворенным, совсем не таким как в жизни. Не замечаю, как по щекам бегут предательские слезы.

Кирилл обнимает меня за плечи и целует в висок.

— Пойдем, ему надо отдыхать — шепчет мне на ухо.

— Да, идем — понимаю, что Кириллу нужен отдых не меньше.

Мы выходим и идем на выход из реанимационного отделения.

Выходим, нас ждут мама и Наталья.

Неожиданно к нам подходит мама. Если она опять скажет сейчас какую-нибудь гадость Кириллу, я не посмотрю, что мы в больнице и выскажу ей всё. Он и так кое-как отошёл от сдачи крови, теперь она еще нервы ему трепать будет?

Кирилл.

Не ожидал, что будет так плохо от этого переливания. До сих пор стыдно, что свалился в обморок при Олесе. Но с укола, что поставила сестра стало легче.

Когда увидел Мишку, стало не по себе. Очень он бледный и как не живой. Сильно досталось. Надеюсь я помог ему хоть чем-то. Олеся начала плакать. Надо увести её отсюда. Обнимаю её, говорю о том, что нам пора и целую в висок. Хочу, чтобы успокоилась немного. Когда выходим нас ожидали её мама и Наталья. Обе сильно переживают за него. Похоже на этой почве немного сблизились. Раз мать не выгоняет её. Да и на меня не смотрит волком. Не до этого ей сейчас.

Но сейчас она подходит к нам. Опять сейчас выскажется по поводу моей рожи или еще чего скажет обидного.

Олеся сжимает мою ладонь, переживает.

— Кирилл — говорит она и у меня внутри все переворачивается.

Не этот, не малахольный, ущербный, не альфонс, не урод с рожей, а Кирилл. С каких пор?

— Спасибо, за помощь Мише — выдает она и ввергает меня в шок.

— Не за что, любой бы помог на моем месте — ответил ей, стараясь не думать о её словах.

— Не любой, Кирилл и, правда спасибо — утвердила она.

Олеся сжала мою руку.

— Может поедим ко мне и позавтракаем нормально — сказала её мать.

Я вообще не понимаю уже ничего. Откуда такие перемены? Или она просто в шоке от случившегося с Мишкой. Не верю, что она хоть немного изменила отношение ко мне.

— Мам, Кириллу нужно отдохнуть и восстановиться, поэтому мы домой, только Тишку заберем.

— Нет, Олесь оставь его пока я посмотрю за ним — сказала Наталья — а то одной совсем тоскливо.

У меня аж сердце сжалось, как представил себя на её месте. Если бы с Олесей случилось что-то подобное я бы с ума сошел. Хотя тогда я и сходил, когда она под машину попала.

— Хорошо — ответила Олеся — тогда вызываю такси?

— Да, конечно — ответила Наталья.

— Наталь, поехали накормлю хоть тебя — говорит мать, чем поражает меня ещё больше.

А может ей просто нужно побыть хоть с кем-то.

Наклоняюсь к своей девочке.

— Съезди с мамой — шепчу ей на ухо.

— Нет, мы едим домой — отвечает мне и смотрит удивленно — я хочу побыть с тобой.

— Я сам справлюсь, вам лучше поговорить и тебе надо её поддержать сейчас — настаиваю.

— Нет.

Вот же упрямица.

— Такси приехало идемте — говорит Олеся и тянет меня за руку.

Мы выходим и садимся в машину. Мен кажется, что мы должны поехать к её маме.

— Олесь давай тогда вместе к маме поедим — говорю ей на ухо.

Она смотрит на меня, как на дурака.

— Кирилл, домой поедим, успокойся. Наталья с мамой поедет.

Мы доезжаем до нас, и Олеся меня поторапливает, чтобы я выходил.

Я выхожу и хочу закрыть дверь, чтобы она поехала с ними, но не успеваю. Олеся выходит вслед за мною и прощается с ними. Такси уезжает.