Какой ужас. Он, наверное, винит себя, что не смог помочь родным.

— А, что было потом? — вырвалось у меня.

— Это второй вопрос — он улыбнулся.

— Ну да.

— Что? Мне сказали, что мои родные погибли. Была полиция. Расспрашивали, где я был вечером. Я им все рассказал. После мне показали их тела. Как оказалось, они задохнулись раньше, чем я приехал и мне не следовало заходить в дом.

— Ну ты же не знал.

— Нет конечно. Надеялся, что они выбрались. — Он опустил голову — но, после увиденного в морге у меня начался отходняк от произошедшего и я стал трясти отца, как будто он мог проснуться, идиот.

Насколько сильно он переживал.

— Ты просто не верил — провожу рукой по его волосам.

— Ага и мне поставили укол, от которого меня вырубило.

— На следующий день я узнал, что такое перевязка.

Кошмар, как ему больно, наверное, было.

— Ужас.

— Ага к такому не привыкнешь.

— После перевязки я позвонил тете. Она приехала и рассказала мне, что узнала все из новостей и уже занялась похоронами. Мне не разрешили пойти на похороны.

Он даже не был на похоронах близких.

— Вечером мне разрешили с ними проститься, а потом мой укол отруба, как без него.

Он криво улыбается. Да, за счет него и справился, наверное, со случившемся.

— Через десять дней меня выписали, и я поехал к тёте. Она разрешила пожить у неё и купила мне вещи, которые есть. На следующий день я пошел в универ.

— А за все время тебе никто не приходил и не звонил?

— Нет — он мотает головой.

К нему никто не приходил и не звонил. Он один это все переживал, какой кошмар.

— Я тоже сначала не понимал, но, когда я пришел в универ по реакции ребят я все понял. Алиса к тому времени уже крутила с Русланом вовсю. Она переключилась на него на той вечеринке, как раз. Когда начался урок, по реакции учителя на меня, я понял, что не смогу больше находится там. Я кое-как досидел до конца урока, и пошел в деканат. По пути меня догнала Алиса и сказала, что не может быть рядом со мною. Я был готов к этому. Хотя, наверное, нет. Я не ожидал, что все отвернуться от меня вот так. Я забрал документы и ушел. Когда пришла тетя я сказал ей, что хочу уехать из этого города. Так я приехал сюда и тот же вечер встретился с тобой — он улыбнулся — что ты еще хотела знать?

Милый, сколько всего тебе приходится переживать и каждый день сталкиваться с открытой неприязнью.

— Я очень тебя люблю — притягиваю его к себе и целую в губы — спасибо, что рассказал.

Знаю, что ему нелегко было решиться на это.

— Я тоже тебя люблю, очень, солнышко — он целует меня очень нежно и гладит по щеке большим пальцем — теперь моя очередь задавать вопросы — улыбнулся он.

— Да, конечно.

Как хорошо, что он мне все рассказал, надеюсь, ему станет легче. Интересно, что он спросит?

Кирилл.

Рассказав все Олесе, на душе стало легче. Конечно ничего не изменить, но её поддержка в этот момент очень важна для меня. Она держит меня за руку и говорит, что любит меня. От прикосновения её губ к моим сносит крышу полностью. Хочу её до безумия кое как сдержался, чтобы не накинуться на неё прямо здесь. Теперь моя очередь задавать вопросы. Хочет ли она меня так же как я её. Возможно она не захочет заниматься сексом со мною? Сколько у неё было парней, блин от этой мысли даже злиться начинаю. Надеюсь, не много. Но, вместо всех этих вопросов выдаю

— Может, переберемся в комнату? — а еще лучше на диван.

— Это вопрос? — удивляется она

— Нет, это предложение — отвечаю, и чтобы хоть как-то отвлечься от неё, встаю и убираю посуду со стола.

— Я бы убрала — она встает.

— Отдыхай, солнце — я мою тарелки и убираю в шкаф — идем.

Мы проходим в комнату.

— О, ты постелил пастель — удивляется она.

— Да, захотелось поспать на нормальной пастели.

— Солнышко мое — она подходит ко мне и целует меня очень нежно прикасаясь губами, от чего срывает все тормоза, и я впиваюсь в её губы и не могу остановиться хочу всю её и сейчас. Зарываюсь руками в её волосы и не могу отпустить, хочу, чтобы всегда была рядом. Она отвечает не менее страстно её тихий стон мне в губы сводит с ума. Я понимаю, что она тоже хочет меня, но мне нужно её спросить об этом. Вдруг она не хочет. Кое-как заставляю себя оторваться от неё.

— Олесь, я больше не могу сдерживаться — предупреждаю её — но, если ты не хочешь со …

Её поцелуй не дает мне договорить, и я воспринимаю это, как сигнал к действию. Касаюсь её груди и не могу сдержать стон. Опускаюсь губами по её шее. М, её аромат сводит с ума, и я начинаю расстегивать её кофту. Она стягивает с меня футболку, а я снимаю с неё кофту. Господи в белье она еще прекраснее, но замечаю пару шрамов на животе. Неужели, это то о чём она мне рассказывала, желание стало стихать сразу. Может она не готова к близости? Словно прочитав мои мысли, она прикрыла их рукой. Может она просто их стесняется?