Я осторожно вышел на развилку. Так, кажется направо, — я сверился с нарисованной от руки картой. Затем бережно свернул потертый пергамент и убрал в футляр. У Шзиза, помимо привычки становиться царем, нашлось еще такое полезное увлечение, как составление карт Подземья.

При власти Живы он был главой охотников и успел облазить окрестные пещеры вдоль и поперек. Темными пятнами оставались только территория Кира и пещеры за Темным морем. Я как раз преодолел исследованные области, которые были отрисованы на карте и пришел к одной из арок ведущих на запретную территорию Кира.

Шзиз делился воспоминаниями, что помимо запрета Живы, на земли Кира было трудно проникнуть из-за патрулей кирейцев. Сами они вроде как умерли, но продолжали исправно греметь костями по подземельям в виде скелетов. Вооруженных, одетых в доспех и наделенных жаждой сражений. Но дальше своих пещер нежить не совалась.

Как раз трое таких воинов остановились у входа в пещеру, как будто чувствуя, что кто-то притаился в темноте обрамленного аркой хода, соединяющего пещеры. Я не удержался и поправил плащ шеэвов, который маскировал меня от пытливо высматривающих глаз и полностью скрывал ток жизненных энергий в теле. И в свою очередь тоже уставился на застывших скелетов.

Скелеты были человеческими, они явно были когда-то людьми. Не удивительно, что шеэвы приняли меня за одного из вернувшихся, живых кирейцев. Ростом примерно с меня, белые отполированные временем кости, доспехи и шлем из под которого пронзительно смотрели пустые глазницы, наполненные багровым светом.

Я застыл без движений под плащом шеэвов, собираясь переждать, пока стражникам надоест высматривать не пойми что в темноте, и они не отправятся дальше по своему маршруту. Хотелось попытаться пересечь Кир, не ввязываясь в драку. Опасность, которая сейчас исходила от кирейцев была покрыта мраком неизвестности. Нежить неплохо защищала свои территории в течении нескольких поколений шеэвов, значит сила у них вполне наличествует. Не понятны были причины, по которым Кир не переступал свои границы. Идеально было бы скрытно проникнуть на их территорию и все оценить собственными глазами.

Мы более предметно обсудили с Шзизом наши договоренности, и оба не видели вариантов договориться с мертвыми. План был дойти до выхода из Подземья, который по сказаниям ящеров был расположен дальше за Киром, найти подмогу и зачистить Кир от оживщих мертвецов. С культивацией у шеэвов пока было никак, число практиков ограничивалось тремя шеэвами — новоиспеченный царь Шзиз, его ближайший помощник Скриз и признавший новую власть бывший глава жрецов Сшес. Поэтому ящеры проводили меня до пещер кирейцев, а дальше, пожелав удачи, повернули к себе.

Со смертью Живы, чернорясники опять переквалифицировались в библиотекарей. Оказалось, что они спасли довольно много трактатов древних. Среди ящеров нашлось достаточно желающих, которые с энтузиазмом набросились на знания и решили идти по пути Возвышения. Как говорится в пословице, дорогу осилит идущий и каждый путь начинается с первого шага. Но пока реально ставшими на Путь были только трое шеэвов. И даже в их случае речь шла о первой — второй ступени.

Я без утайки рассказал о тварях, которые мне встретились на той стороне Темного моря и пока выходило, что именно этот мистический водоем вкупе с жуткими его обитателями сдерживали живущих на той стороне высокоуровневых завров. Поэтому Возвышение виднелось единственной возможностью для шеэвов вообще выжить в таком окружении.

Если рассматривать вариант исхода из подземелий, то в своих текущих кондициях они не могли рассчитывать на то, чтобы пройти Подземье насквозь и дальше переселиться куда-нибудь в более безопасное место. Да и будет ли оно безопаснее? Ведь нужно не только найти, но и защитить это новое место жительства от возможных посягательств. Нет, вариант с переселением был проговорен и отброшен. Чему я в целом был только рад. Шеэвы нужны моему клану здесь в Подземье. Идея с торговым путем работала в древности, сработает она и сейчас. Путь через Подземье станет золотой жилой, но уже для Жемчужных облаков.

Я перевел взгляд на воинов, восставших из мертвых. Пластинчатые доспехи, где металлические секции перемежались с вставками из грубой кожи, а части соединялись вместе красными и желтыми шелковыми шнурками, не выглядели неухоженными. Меч, сжимаемый белыми костяшками пальцев, тускло отсвечивал в полутьме, без каких либо следов ржавчины. Залихватски нахлобученный на макушку металлический шлем тоже содержался в порядке. Вот только в плане живой плоти страже не повезло, в наличии был только скелет.

Наконец, патруль костяшек успокоился и, такое ощущение пожав плечами, отправился дальше. Выждав для верности ещё какое-то время, я отлип от укрытия, где просидел длительное время в одном положении, потянулся и тут же поморщился от раздавшегося хруста. Эх, старость не радость. Мысленно покряхтывая, но больше не позволяя себе видимых проявлений слабости, я, осторожно ставя шаги, бесшумно двинулся дальше.

В пещерах Кира на потолке не было синих звёздочек, к которым я уже успел привыкнуть. Сверху накрывала беспроглядная тьма. Но сами пещеры на удивление выглядели обжитыми. Дорога, вившаяся под ногами, поддерживалась в идеальном состоянии. Она была выделена жёлтым кирпичом, по сторонам на равных промежутках выставлены столбы, в несколько моих ростов, увенчанные алхимическими светильниками. Те же светильники периодически попадались на стенах пещеры или уносившихся ввысь колоннах. Развесистых шляпок светящихся грибов или следов фосфоресцирующие зелёным светом плесени не наблюдалось.