– Я сказала, отпусти его, - предупредила Сара.
– Сейчас же!

Карл и Эрл закружились по кругу, их руки обхватили друг друга за горло. Они упали на пол, и Эрл перекатился на тело Карла, сев верхом на его груди. Лицо Карла стало багровым, а крошечные кровеносные сосуды в его глазах лопнули, сделав их налитыми кровью.

Я поднял винтовку и попытался прицелиться, но вокруг было слишком много всего, поэтому вместо этого я пересек комнату, намереваясь оторвать Эрла от тела моего лучшего друга.

– Бегемот съест вас всех, - сказал Эрл.
– Подождите и увидите! Нет смысла бежать. Здесь негде спрятаться.

Язык Карла высунулся изо рта.

Я уставился в перекрестие прицела, и вот тогда я это заметил. Вены на предплечьях Эрла вздулись, и что-то шевельнулось внутри них, прямо под кожей. Что-то длинное, похожее на червя.

Быстро двигаясь, Сара пересекла комнату и ударила Эрла рукояткой пистолета по затылку. Хватка Эрла оставалась твердой. Она снова замахнулась, и раздался тошнотворный хруст. Капли крови размером с десятицентовик разлетелись по комнате, разбрызгиваясь по стене. Дом содрогнулся, когда она ударила его в третий раз, и хватка Эрла ослабла. Его руки соскользнули с горла Карла, и он упал, растянувшись на полу.

Карл слабо сел и покачал головой. Он кашлянул, и я заметил красные рубцы на его шее в форме пальцев Эрла. Я опустился на колени рядом с ним, пока Сара проверяла пульс Эрла.

– Ты как?
– спросил я Карла.

Он прищурился, его глаза закрылись от боли.

– Н-не могу... отдышаться... М-мое... горло... Б-болит...

Толчки усилились. Картины и безделушки посыпались на пол. Где-то под нами застонал фундамент.

– Карл, ты можешь встать?

– Мне больно...

– Эрл мертв, - сказала нам Сара. Она встала и плюнула на его тело.
– Это за Солти и Корнуэлла, сукин ты сын.

– Ты уверена, что на этот раз он мертв? – Спросил я.

Она кивнула.

– Я не могу нащупать пульс.

Я подумал, не рассказать ли остальным о том, что я видел под плотью Эрла, но решил не делать этого. Времени не было.

– Давай, - убеждал я Карла.
– Ты должен встать. Я знаю, это больно, но мы должны идти.

Половицы прогнулись, и во всех окнах дома разбились подоконники. Комод скользнул на несколько дюймов по ковру.

– Что мы собираемся делать?
– крикнул Кевин.
– Оно прямо под нами!

– Возьми Карла за руку, - сказал я ему.
– Давай попробуем добраться до моего грузовика.

– Но остальные черви все еще там.

Я держался за Карла.

– Сейчас это не имеет значения, Кевин. Сара доказала, что они не пуленепробиваемые. Грузовик – наш единственный шанс.

Мы помогли Карлу подняться на ноги. Он снова закашлялся, попытался сглотнуть и поморщился. Следы ногтей на его горле были кровоточащими и красными; сердитые рубцы, выделявшиеся на его бледно-белой коже.

– А когда мы доберемся до твоего грузовика?
– спросила Сара, вытирая кровь Эрла с рукоятки пистолета.

– Попробуем на Лысый холм, я думаю. Молись, чтобы там было лучше.

– Эта штука может проглотить твой грузовик за один укус, - возразил Кевин.
– Это бессмысленно.

Я отпустил Карла и ткнул пальцем в грудь Кевина.

– У тебя есть идеи получше, мальчик?

Кевин покачал головой.

– Нет.

– Тогда закрой свой рот. Будь я проклят, если буду ждать здесь, пока эта тварь съест дом вместе с нами.

– Эй...

Сара оборвала его.

– Пойдем.

Она вышла в коридор. Еще одна дрожь сотрясла дом, и она отскочила от стены.

Очередной приступ кашля охватил Карла, и он согнулся пополам, схватившись за горло.

– Просто... оставь... меня...

– Даже не начинай, - сказал я.
– С нами все будет хорошо.

Комод позади нас опрокинулся, и половицы начали хрустеть, как ветки.

Сара подгоняла нас.

– Давай же. Весь чертов дом рушится.

Мы добрались до кухни. Пока Кевин поддерживал Карла, я подбежал к буфету и схватил ключи от грузовика. Как только я это сделал, весь дом, казалось, подпрыгнул в воздух. Снизу донесся ужасный, оглушительный грохот, за которым последовали звуки трескающейся древесины и осыпающейся каменной кладки. Что-то – то ли подвальный этаж, то ли одна из подпорных стен – рухнуло. Всех нас швырнуло на пол. Я услышал, как с крыши соскальзывает черепица.

Затем Бегемот взревел. Это прозвучало так, словно по подвалу мчался паровоз. Шум заполнил наши уши, заполнил весь дом. Рев заглушил шум дождя.

– Срань господня, - выдохнул Кевин, поднимаясь на ноги.
– Он прямо под нами!

– Всем выйти, - сказал я.
– У нас нет времени.

– Ты можешь сказать это еще раз, - прохрипел Эрл, вваливаясь на кухню.

Кровь струилась из его рассеченного черепа, окрашивая воротник рубашки.

Кевин посмотрел на Сару, когда она поднялась на ноги.