Перевернутая голова Сэм падает между ее ног, когда она потягивается, и когда видит, что я смотрю, улыбается и с энтузиазмом машет. «Привет!» — произносит она одними губами. Парни, толпящиеся возле тренажера, бросают взгляды в мою сторону, и когда Сэм отворачивается, я отмахиваюсь. Они разбегаются, как тараканы.

Далее занимаюсь жимом ног, когда Сэм находит меня позже. У меня наушники, поэтому не замечаю ее, пока она не оказывается рядом, в нескольких дюймах от меня, потная и тяжело дышащая. Протягиваю руку и выключаю музыку, но продолжаю сет. Сэм наблюдает, изучая мои ноги, как будто это дикие звери, готовые наброситься.

— Как прошло занятие? — спрашиваю я, медленно скользя взглядом по ее раскрасневшимся щекам и шее, вниз по ее обтягивающему черному топу. Сэм поднимает глаза, и я резко отвожу взгляд, прежде чем она меня поймает.

— На самом деле очень весело. Ты смотрел?

Неужели это было так очевидно?

— Думаю, я кое-что видел мимоходом.

— Так ты видел, когда мы в самом начале танцевали кардио? — Она пытается скрыть легкую улыбку.

Да.

— Нет, должно быть пропустил.

— Ухх! Это была моя любимая часть! В любом случае, я обязательно вернусь. Ненавижу заниматься на тренажерах, но это занятие даже не было похоже на тренировку. Я имею в виду, очевидно, что это было… — Сэм щиплет свою потную майку для доказательства.

Останавливаю жим ног и тянусь за водой.

— Смотри, пощупай. Я думаю, что стала сильнее только в этом классе. — Она держит свой согнутый бицепс. Не думаю, что сейчас стоит к ней прикасаться. — Йен! Оцени мои достижения!

— Я могу оценить их отсюда, мачо.

Она берет мою руку и кладет себе на бицепс. Её кожа чувствуется нежной и теплой. Моя рука сжимает ее предплечье, не сильно, но это чувствуется странно... интимно. Я вижу, как ее улыбка дрогнула, и чуть не говорю: «Ты сама просила, помнишь?»

Сэм резко отстраняется и потирает руку, словно пытаясь избавиться от мурашек.

— Мускулистая, верно?

— Ты лучше смотри, куда целишь эти штуки, — я развлекаю ее.

— Сколько у тебя еще осталось?

— Только один сет.

— Ладно, продолжай. Я буду просто стоять здесь и смотреть.

Выгибаю бровь, но, верная своему слову, Сэм спокойно наблюдает, как я заканчиваю свой последний раунд жима ног. На самом деле, Сэм смотрит так пристально, что мне приходится стискивать зубы, чтобы не потянуть ее на себя.

По-видимому, я не единственный, кто борется. Она обмахивает лицо, и я посылаю ей насмешливую улыбку.

— Что? — стонет она. — Я перегрелась от занятий!

— Я ничего не сказал.

Но девушка на это не покупается. Она вскидывает руки и отворачивается, предлагая мне еще раз взглянуть на вид сзади, который убивал меня весь день.

— Я жду в машине!

— Тебе понадобятся ключи. Они здесь, в моей сумке.

— Тогда я просто подожду снаружи! — Девушка не оборачивается и машет рукой через плечо.

— Черта с два!

Я обрываю свой последний сет и бегу за ней.

По дороге домой она молчит, пока мы не проезжаем мимо ее любимого кафе-мороженого, и она настаивает, чтобы мы вошли. Пока пробуем вкусы, Сэм поворачивается ко мне, голубые глаза смотрят прямо на мою грудь.

— Просто для ясности, я не проверяла тебя. Я рассматривала возможность подрабатывать личным тренером, теперь, когда стала «своей» в спортзале.

— Принято к сведению.

— И, конечно, ты произвел на меня впечатление, вот и все.

И все же она не хочет встречаться со мной взглядом.

— Сэм? — говорю я, пытаясь смягчить то странное, что происходит между нами. — Ты тоже впечатляешь — так впечатляешь. Правда, как ты стала такой впечатляющей... впечатляющей?

Сэм игриво толкает меня, поворачивается к дежурному парню и говорит ему, что я куплю ей три ложки шоколадного мороженого с радужной посыпкой сверху.

— В вафельном рожке... О, и с вишенкой сверху! — добавляет она, поворачиваясь ко мне. — Впечатлен?

На следующее утро я жду Сэм у главного конференц-зала. У нас совещание с преподавателями старших классов. Сегодня на Сэм нежное желтое платье. Я щелкаю отворотом.

— Очень чопорно и правильно.

— Ага, оставь это. Ты ненавидишь это платье. В последний раз, когда я его надевала, ты сказал, что я выгляжу так, будто иду в первый день в детский сад.

Я сказал ей об этом, но это было потому, что она выглядела так хорошо, что мне нужно было удержать ее от ношения его снова, ради меня и всех мужчин-сотрудников Оук-Хилла.