Шрифт:
Ново и для меня это было настолько, что я забылся: кинулся прочь, прочь!..
Часть вторая
Прибежал – бежал или… быстро бежал, или… ещё как: не видимо даже для себя, для меня, – в Комнату… Вот – Комната, вот я – в Комнате уже, в "общаге" – и ничуть не задохнулся, вернее – некогда, значит, дышать и дышать было!.. Рывком будто только что я вырвался, вытискался из туго тесного троллейбуса – невольно и резко, резко и невольно.
От кабинета полного до Комнаты пустой – вроде бы бегом, как всегда кажется в темноте…
Комната – напугала Комната, напугала тут же – своей доступностью, почему-то – ее доступностью…
Резко развернулся. И даже поёжился; как бы кто сзади не задержал…
Я и не стоял, я только останавливался.
Рывком я из Комнаты!
И свет вроде не включал.
Нужна, оказалось, и Комната эта – чтоб в неё прибежать, чтоб из неё убежать!..
На улице – испугался улицы, теперь уж улицы: бежать бы – просто бежать, а тут надо – куда-то, куда-то… Находчиво, походя, осознал, что в Городе – магазины, вокзал, и можно запросто зайти и посмотреть… цены, что ли, расписания…
Теснота пребывания, теснота пребывания…
И уже шёл…
И уже давно, оказалось, шёл…
И уже давно ходил…
И ходил уже, наверно, давно…
Заходил куда-то, чтоб куда-то заходить, и уже стал видеть, что заходил туда, куда уже заходил…
Рывком заметил: вот – я, и я, похоже, думаю…
Я – жду, я чего-то сейчас жду… И я не хожу и не захожу вовсе никуда. А чего-то жду… И – быстро иду, жду быстро… Я как из кабинета того прочь – так и стал ждать быстро.
И, рывком, даже спасительно подумал: так курящий я или некурящий? – Голова, хорошо, сразу же закружилась…
Не всерьёз думаю: не в свой серьёз, а – в чей-то.
Рывком начал вспоминать – рывком вспомнил: я – это я, я в жизни – побывать, я о всех – что они не знают, что они в жизни – побывать…
Рывком представил, и с растерянностью: как бегал в Здании по лестницам, по коридорам, сталкивался с кем-то… как бегал в "общаге" по фойе, по коридору, сталкивался с библиотекаршей и вахтершей…
Рывком болючим вспомнил, как у меня запершило в горле там, в ивээс, и все видели… слёзы… Чьи?.. Да мои… О, мои!.. О, слёзы!..
И сразу опять зачесались глаза – заскрипел на них зубами.
Я и не по Городу сейчас бегал – а я будто хотел выбежать откуда-то, и притом, наигравшийся, в какую-то другую дверь…
Заметил вдруг я: опять я в Комнате в "общаге"… Кровати, их – раз, два… стол, стула два…
Буду теперь в Комнате и – что же?!..
Нет! Нет!
Развернулся я, вышёл, запер, пошёл по коридору…
Оказалось, на улице – сыро, скользко… Оказалось, что давно хочу пить… что все магазины закрыты… что уже – ночь, настоящая ночь…
Повернул обратно…
Вдруг отчётливо подумал, притом – как будто не для себя, а для кого-то: а не подозрительно ли это?.. Что только зашёл – и сразу вышел… Что чуть вышел – и сразу зашёл…
Вдруг за мною… следят!.. Мол, если бегает – виноват.
Жаром в лицо мне пахнуло!..
Как же это я тут захожу-выхожу, да ещё и с видом, наверно, серьёзным, когда мне надо и надо каждую бы секунду знать и узнавать!.. Не звонил ли, не приходил ли кто на вахту или в библиотеку, в соседнюю-то комнату?!..
Вдруг уж звонили, приходили, вдруг сейчас позвонят!.. Чтобы мне – скорей в Здание!..
И его бы… отпустили.
Вообразил-вспомнил звук своих шагов по коридору, стук входных дверей, щелчок ключа в Комнате…
Отрок, отрок…
Руки разведя, глаза закрыв – надо было теперь только это – стоял, где встал, чуть войдя…
Разоблачённым, голым ощутил я себя даже тогда, когда раз в Здание пришёл – из прокуратуры соседнего города и по делу – однокашник мой: а ну как расскажет от тут, как я когда-то, ещё в "абитуре", поднес кулак к его носу за анекдот про классика "изма-изма"!..
Стоя тут и стоя так, я, наконец, вошёл в самого себя, в меня, в мысль свою, в мою.
Я – тот, кто в мире, что не просто мир, а – мой мир, мой.
Обжито подумал, что давно город этот, по которому только что вершил свой бег, зову Городом, а комнату эту в "общаге" заводской стандартную – Комнатой. Поскольку в них – я!..
Я и есть я, это – твёрдое. А вокруг этого "я" во мне же – что-то ранимое. И всегда – только и следи за этим ранимым.
Я, помню, школьник, был там, где все в классе, как всегда, – а все, вмиг ощутил я, были там, где они смеялись и смеялись… надо мной: я-то не знал пока про записку на своей, на моей, спине: "У меня жена и дети".