Еще шаг, второй, осторожно… Я снова высунул голову и увидел, что пещера пуста. По крайней мере, никакого дракона в ней не было. А мог ли он там быть?

Я облегченно вздохнул, однако на всякий случай – беззвучно. Потом сделал шаг в сторону, оглядел все пространство пещеры и вскрикнул. Точнее – едва не крикнул.

В углу пещеры, неплохо освещенное, стояло нечто удивительное.

Выглядело оно как огромный лебедь. Если бы, конечно, у лебедя могло быть четыре ноги, и он мог быть радужным, раскрашенным во все возможные цвета. Если бы существовал лебедь с белой головой, снабженной маленьким, округлым выступом, такой лебедь, который обладал постепенно желтеющей шеей, причем, эта желтая полоса, потом, бежала через всю его спину, Бока же у него были украшены вертикальными разноцветными полосами и пятнами. И все это было красиво покрыто перьями. А на боках, под свернутыми лазурными крыльями у него вырастали черные, ящеричные ноги с беловатыми, молочного цвета когтями. Туловище заканчивалось изгибающимся вверх и вниз, покрытым нежным пухом хвостом. В сумме, все это, конечно, не очень напоминало лебедя, но и на что-то другое тоже походило не сильно. Так что для меня, просто для того, чтобы было с чем сравнивать, он остался похожим на лебедя.

Увидев меня, существо вытянуло шею и зашипело, словно настоящий лебедь, однако, почти тотчас этот звук превратился в тоскливый, похожий на голос флейты, свист. Звук его был приятен для уха, я бы даже сказал – был теплым. А потом существо открыло пасть, не выступ – пасть, и я понял, что это дракон. Три шеренги крохотных, похожих на иголки зубов.

Я сделал шаг назад и прижался к стене.

Молодой дракон… Молодой королевский дракончик! Никто никогда ничего подобного не видел! Я окинул взглядом пещеру, а потом посмотрел на выглядывающие у меня из ладони шипы.

Убить!

Да, убить! Такого маленького я могу донести до людей. Найму лучшего таксидермиста и прикажу набить чучело дракона. Потом… потом…

Дракон за стеной пискнул, я услышал стук когтей и отскочил в сторону. Тот явно направлялся ко мне, однако, после моего неожиданного появления, остановился, кивнул назад и вперед головой. Он забулькал, словно у него в горле что-то мягко перекатилось, потом вдруг вытянул шею ко мне и снова послышался напоминающий звучание флейты звук. Я неожиданно почувствовал, что у меня перестали болеть сломанные ребра, зашатался, и – словно от этого движения – вся боль спала с меня, всосалась в землю. И усталость. Я чувствовал себя так, словно бы только что встал с кровати, словно не ехал сюда несколько часов, и не сражался с… кем? Матерью? Сестрой?

Радужный дракон осторожно ко мне придвинулся на полшага. Я вытянул перед собой Карник и шипы. Дракон наклонил голову в бок и явно заинтересовался шипами. Ну конечно – они выделяют знакомый ему запах. … Что делать?

Я принял решение, и развернувшись, бросился прочь. Немного погодя я был уже возле мастера. У того полузакрытые веки, открывали мутные белки глаз. Я отложил меч, плеснул на ладонь воды, и спрыснул ей лицо Брегона. Потом принялся быстро увязывать в узелок когти и шипы. Поглядывал на мастера и увязывал. Наконец тот открыл один глаз.

– Авен… шип… дай… каплю…

– Нет, мастер, – шепнул я. Узелок был уже готов. – Сейчас я тебя перенесу…

Чудовищным усилием воли Брегон протянул руку и схватил меня за колено.

– Я проживу еще час, может два… страшно у меня все болит… Дай каплю могильницы с водой… Не умру… а боль станет меньше…

Могильница убивает, попав в кровь. Если ее выпить, то она тоже убьет, но не сразу и безболезненно. Сам я, конечно, не пробовал и даже не разговаривал ни с кем, кто видел такое ее действие – слишком уж она была дорогой, однако подобный слух среди охотников на драконов ходил.

– Дай! – прохрипел падир Брегон.

Я снял с головы кожаную тубелку, налил в нее немного воды из фляжки, потом выдавил в нее две капли могильницы. Быстро, чтобы смесь не успела разъесть кожу и вылиться мне на руку, придвинув “снадобье” ко рту мастера, осторожно в него влил. Эта операция закончилась удачно. Тогда я проглотил слюну и подождал пока мое дыхание восстановится.

Пахло просто ужасно. Где-то сзади верещал дракончик.

Брегон ненадолго закрыл глаза, а потом резко их открыл.

– Что это было? – спросил он, совершенно иным голосом, так, словно был цел и здоров.

– Там… дракон…

Хриплым голосом, заикаясь и проглатывая концы слов, я описал ему маленького дракона.

– Ну и дела… – шепнул мастер. – Несомненно – убили королеву… – неожиданно он ударил меня кулаком в бедро. – Что с ватагой? Правильно ли я понял, что в живых остались только мы?

Я кивнул.

– В таком случае, сынок, мы очень богаты.

Я было хотел ответить, но не успел. Брегон был снова в отменной форме. Словно бы не он только что умирал, лежа с разбитой головой. Цыкнув на меня, чтобы я его слушал, он продолжил:

– Прежде всего: не возвращайся ко двору Маджера Каседелии. Ограбит тебя и убьет. Гадина он. Во-вторых: как я умру – упакуй, что можешь, и уходи отсюда. В-третьих… – он сделал паузу. – В-третьих: убей того малыша…

Удивительная штука. Еще час назад я бы подскочил и побежал тотчас исполнять его приказание, а теперь… Теперь его слова каким-то неприятным эхом зазвучали в моей голове. Словно бы мастер приказал мне сделать нечто нехорошее – плюнуть в чей-то кубок с вином, подложить навоза в ботинок или отравить единственный колодец в округе.