Вик подхватил заваливающуюся на бок жену и всё-таки спросил:

— Когда?

— В день, когда ты в очередной раз не умер. Ты очень живучий, знаешь? — Сецуну, поняв, что без разговора Виктор не уйдет, сел на пол рядом с ним. — Когда бог Огня утащил тебя в череду вероятности, мы собирались тебя убить, потому что это не входило в наши планы. Но тебя же угораздило упасть прямо на глазах Анжелики Каро, а она потащила тебя в ритуальный зал Ями. Да, бог не дал видений, лишь усилил огонь. Хелене это показалось хорошим поводом, чтобы затащить тебя в постель, а после не дать ревнивому Артуру убить. Позже убить тебя не дали уже ей, как и избавиться от ребенка. Они были нужны, чтобы заставить тебя отправиться на переговоры с Иллеа-хи. Но не чудовище свело Хелен с ума — жизнь с тобой и вашим сыном, которого она искренне ненавидела. Сильнее, чем тебя. Она собиралась убить вас обоих, но не знала, что ты подчинил себе крылья… Когда Александра, как предполагалось, не умерла в родах, я пытался убить вас обоих, чтобы отобрать младенца с Искрой бога Огня, но амулет Иллеа-хи блокировал мои заклинания. Тогда я вместе с Артуром придумал на самом деле обратиться за помощью к заключённой в подземельях Шамбалы богине Воды. Но, несмотря на потраченное время и убитых девушек, ты все равно выжил. Ты выжил, а твой сын почти выгорел. Когда ты притащил его ко мне, я понял, что мальчика трогать нельзя — Искра бога Огня не просто остановила его выгорание, но и вытянула из череды вероятностей. Ни ты, ни он не поняли, что произошло, а я… Знаешь, лечить детей одно удовольствие. Если убрать болезнь из организма, они очень быстро восстанавливаются за счёт жизненной энергии. Со взрослыми такое не работает… Я спас твоего мальчишку, а взамен получил свое выгорание. Медленное, но неумолимое. Мы, целители, выгораем не так, как обычные творцы — наша исцеляющая сущность пытается восстановиться, отсюда эта возможность колдовать даже с такими руками. Но, думаешь, заполучив свое выгорание, я отказался от идеи избавиться от тебя? Нет, я решил, что Генри Миллер будет лучшим опекуном для детей. С его-то поддержкой чистокровных творцов… Это я натравил на тебя Августа Грема, желающего разобраться в смерти младшего брата. Тебя же не взяла даже тень. Ты выжил после выстрела в тебя очищением, потому что Искра бога Огня очистила раньше. И вот теперь, когда ты не только выжил после повторного столкновения с тенью, но и жену спас, мне стоит остановиться — бог Огня явно не хочет вашей смерти. А я… Я всего лишь хотел служить его Искре и все.

Сецуну замолчал, а Виктор, шокированный его откровением, не мог пошевелиться. Все эти годы он упорно шел к цели, которая яйца выеденного не стоила. Позволил тени вытащить наружу подсознательную ненависть к Александре, устроив той ад на земле. Мстить любящей его женщине за тварь, желающую ему смерти! А человек, которому он доверял больше, чем себе, строил за его спиной козни!..

— Вот, — Сецуну протянул ему банковскую карту. — У Генри Миллера рак простаты. В исцелении ему отказали из-за возраста, сложности процедуры и скандальной истории, связанной с его дочерью. За хорошую сумму я заморозил его болезнь на пять лет, ускорив свое выгорание. Возьми, Вик. Твоей семье понадобятся эти деньги. И те, что Генри принесет через пять лет, тоже. Служа Лин Вею, ты не скоро столько заработаешь.

Виктор уже собрался высказать ему все, что думает, но из-за нарастающей боли сознание на мгновение померкло, и из тьмы проступил образ оскалившейся в улыбке безглазой демоническом морды. Не переставая скалиться, демон кивнул. В груди полыхнуло, боль испарилась, уступив эйфории от соприкосновения с Огнем Изначальным. Виктор открыл глаза и, смерив Сецуну презрительным взглядом, забрал карту. Сецуну вздохнул и уточнил:

— Там нет ПИН-кода. Знал, что ты снова выживешь, и я отдам деньги тебе. Я не мерзавец, Вик. Всего лишь хотел для Искры бога Огня лучшей доли. Хотел служить ей.

— Послужишь, — пообещал ему Виктор. — Послужишь.

Пользуясь тем, что боли исчезла, он поднял Сашу на руки и вместе с ней телепортировался в выделенный ему Лин Веем домик. Там Вик уложил жену на единственную кровать, укрыл одеялом и прошел на кухню. Нужно было в тишине и одиночестве подумать о том, как жить дальше. Тишины и одиночества не случилось — за столом, положив голову на руки, спал Денис. Вик прошел к нему и тряхнул за плечо, собираясь выпроводить мальчишку куда подальше. Но страх, промелькнувший на лице разбуженного подростка, заставил передумать. Да и потом, если бы не Денис, Виктор не полез бы проверять, что там с тенью.

— Откуда синяк?

— Липучка, — зевая, ответил Денис и пояснил: — Мигель научился ее обходить.

— А руки тебе на что?

— Рисовать.

— Ясно, — Виктор пододвинул свободный стул и сел напротив мальчишки, — рабочий инструмент. Собираешься стать великим художником?

— Нет, — удивился Денис. — Хочу работать в робототехнике. Или над искусственным интеллектом.

— Ясно, — повторил Виктор. — Нам понадобятся холодильник и ведро гепариновой мази.

Новая квартира Сашу не обрадовала, как и возможность купить новые вещи себе и детям. Несмотря на то, что жена помнила про тень и ее влияние на сознание, к Виктору она все равно относилась настороженно. Та пощечина оказалась совсем некстати. Вот только знать бы, где падать… Ладно, деньги она все-таки взяла и поверила, что в старую квартиру возвращаться опасно для жизни. Ну а Вик — он сам еще не понял, как относится теперь к Саше и чего хочет, потому выбрал для себя стратегию держаться дружелюбно, сохраняя при этом дистанцию.

— Ян будет против, — Саша остановилась возле новенького игрового компьютера, взяла в руки мышь, повертела. — Да, он мечтал обо всем этом, — она обвела комнату рукой, — но… Ему тяжело. Хоть он и уверял, что ненавидит тебя, но все равно плакал, когда узнал. А теперь еще другой дом, другая школа…

Вещи в комнату Яна подбирал сам Виктор, все остальное предоставив выбрать Саше. К Лане его давно не подпускали близко, и Вик не знал, чем она живет, что любит. С Яном проще, хотя бы потому, что тот был чуть ли не точной копией самого Виктора. И тут еще непонятно кому больше не повезло с отцом — сам Вик воспитывался почти что в казарменной строгости: шаг влево, шаг вправо — расстрел, прыжок на месте расценивался как провокация. Хотя, конечно, это, как и наличие тени, никак не оправдывало Виктора, а компьютер, книги и прочее — всего лишь попытка откупиться. Хорошо, что Ян не узнает, от кого все это.

— Ты меня слушаешь? — Саша едва дотронулась до его руки, а когда он обернулся, тут же отдернула свою.

— Прости, я задумался. О чем ты говорила?

— Яну будет лучше в обычной школе…

— Нет! Мальчик получит хорошее образование, раз уж есть на что. И разлука с дворовой шпаной не такая уж и трагедия!

Она промолчала, хотя на ее лице отчетливо читалось, что у него нет права решать. Наверное, скажи она это вслух, Виктор бы отступил, но Саша промолчала.

— Магией ему до двадцати одного заниматься нельзя, значит, чего бы ни выбрал, придется добиваться самому. А хорошее образование и выстроенные отношения в выбранной для него школе дадут приличный фундамент. Да и смена школы для Ланы и временный переход на домашнее обучение тебя почему-то не смутили.

— Она другая… У нее до Милы даже друзей никогда не было. И всего лишь половина учебного года первого класса. Ян же потерял отца, мы увезем его из родного дома, так еще и в школе придется общаться с незнакомым ему кругом людей. С непривычным кругом!

— Может, мне и его обрадовать, что я жив?!

На то, что он перешел на крик, Саша отреагировала не так, как раньше. Не вздрогнула, не попыталась оправдаться — вздохнула и, разочарованно покачав головой, прошла к двери, показывая, что разговор закончен.