– Это твоя плата за то, что касалась Темного Бога, – расплылся в улыбке.

Коснулся кружевного материала, который оказался влажным. Она раздвинула ножки, словно желала моих прикосновений, и я поддался этому порочному влечению. Неторопливо касался самого нежного и чувственного. Её губы приоткрылись, делая глубокий вдох. Грудь вздымалась еще сильнее. Проник ладонью под ткань, аккуратно касаясь пальцем её горячих, влажных лепестков. Я совсем забылся, не зная уже, что делаю, но останавливаться не было желания.

Нащупал самое заветное местечко, рагоряченное, влажное... Слегка надавил, вызывая из нее тихий, блаженный стон. Она выгнулась навстречу касаниям, задрожала. Я остановился, боясь, что она проснется. Медленно стянул мешающую мне деталь. Остро хотел продолжить ласкать её тело, пока она спит. Такая невинная и такая чувствительная.

Не имея возможности сейчас же войти в нее, уже давно стоящей, каменной эрекцией, я испытывал ужасные мучения, которые сам же на себя и навлек. Мои трусы едва ли не расходились по швам от напряжения. Одному Хаосу известно, какие страдания я сейчас испытываю, и вместе с тем, невероятное наслаждение. Но я знал, что истинные испытания только впереди. Потому что с ней никогда не будет легко.

Такая беззащитная, чувственная, невинная и нежная. Моя. Она резко повернулась в мою сторону, скрестив ноги. Я коснулся губами ее губ, а рукой проник между ее ножек. Палец легко скользил между набухшими, мокрыми складками. От моих интенсивных движений, начала покачивать бедрами, постанывать и что–то шептать на непонятном мне языке.

– Ваал, – вдруг вымолвила, судорожно обхватывая меня руками и выговаривая имя Темного.

Пробудилась злость. Все моё тело сейчас–накаленный нерв. О Хаос! Меня убивает ревность. Я ревную ее к самому себе. 

Она дразнила и взывала к сущности дикого и похотливого зверя. Тяжела доля Темного, лежать рядом с ней, касаясь её тела и не иметь возможности сделать то, что давно желаю. Её желаю, всей своей темной душой. 

Пальцем проник в разгоряченную глубину и начал плавные, неторопливые движения. Она сдавила ногами мою руку, не давая мне возможности продолжить. Если она проснется, я точно не удержусь. Наброшусь на нее как безумный! Но как же она сладка. Сейчас ее тело говорит о том, что она полностью принадлежит мне. Ее стоны увеличились, и она сама начала двигаться, прижимаясь ко мне, пока сладкая дрожь не захватила её тело.

Это была самая эротичная и самая тяжелая игра с моими нервами.

Накинув на нее одеяло и мех, я покинул постель, дом и Алавер, переместившись в заснеженные чертоги, подальше от нее, практически в чем Хаос породил. 

ТАИРА

СЧАСТЬЕ В ТЕХ С КЕМ ХОЧЕТСЯ ПРОСЫПАТЬСЯ

Я подскочила с кровати, понимая, что проспала. Знатно проспала… с деканом! Мужчина притянул меня обратно сильными ручищами.

– Спи, – сонно просопел мне в шею.

– Какой еще спи, у тебя лекции!

– Таира, какие лекции? Выходной! – прорычал и впился в мою шею, прикусывая нежную кожу. Я замерла. В нижней части тела тут же предательски отозвалось. Поймала себя на ощущениях, что я совсем уж голая, а он одетый. Это что сейчас, досада проскользнула в мыслях?

– Баэль, почему я всегда обнаруживаю себя, либо в твоих объятиях, либо в твоей постели, либо ГОЛОЙ в твоих объятиях и твоей постели?

– Действительно, почему? Мне вот тоже интересно, – он взглянул на меня, как довольный кот и поцеловал нежно в губы. Я отстранилась, не совсем понимая, чего он такой довольный. Хотя, как это не понимаю? Очень даже понимаю. Он лежал и оглаживал мою голую попку. 

– Знаешь что? – я встала с кровати, натягивая на себя одеяло и спиной двигаясь в ванную. – Это неправильно! – захлопнула дверь, задвинула засов и выдохнула с таким облегчением, словно от бремени освободилась, как гора от снега. Долго принимала ванную, вспоминая, очень откровенный сон, о котором даже самой себе в мыслях было стыдно признаться.

– А тебе идет мой халат – Эльтар величественно лежал в постели, забросив руки за голову.

– Женщина в халате иногда выглядит куда заманчивее, чем обнаженная, – пока искала свое белье на полусогнутых ногах, в не очень подобающей позе, тихонько подошедший мужчина встал позади меня.

– Не это ищешь? – я обернулась и увидела свои белые кружевные в его руках. Он как–то игриво их крутил на пальце и ехидно скалился, глядя на меня. Я выхватила их, строя кислую гримасу. Стыд? Нет, я о таком не слышала. У меня его нет, так же как у него совести, судя по его наглой красивой физиономии.

– А чего ты такой разодетый? – ткнула его в черную рубашку, которая была не до конца застегнута.

– Тебя это расстраивает? Я могу раздеться.

– А ну стоять! – я отошла на шаг, вытягивая руку и упираясь ладонью в его широченную, мускулистую грудь. – Ничего ведь не было.