Вот только блуждая по темным, снежным улицам, на нас напала шайка бандитов. А говорят, Алавер самый мирный город во всем мире. Король явно что–то упускает…наверное, свой трон. Хоть появление нескольких вооруженных мужчин было неожиданным, справиться с ними не стоило никакого труда. А когда–то сила стихий контролировала людей против таких вот неразумных действий. Видимо, со временем, таков удел Богов. Как ни крути, люди находят способ использовать силу во вред. И неважно, какой именно ты Бог.

– Беспредел даже здесь. 

– Только не говори, что расстроился. 

– Хм, расстроился. Смотри, какая дырка в сюртуке. Его разве что только на выброс. 

– Может ну этот камень, Ваал? Ну, притянет в город монстров. Мы их и тут уложим. Как раз тогда и камень найдется.

– Да ты верно шутишь? Ты хоть представляешь, что тут будет?

– Окрасится белый снег в алую кровь. Как в старые добрые времена.

– Не смешно, Агросс.

– А чья проблема? Теперь люди – это забота Богов Стихий. Разве нет? Я, дорогой мой брат, очень давно не спал и сейчас я чего–то хочу, но кого, не знаю. Хотя… Грудастая карамелька ректора меня приглашала в гости. Хочешь со мной? Лишним не будешь, а то весь не обласканный.

– Спасибо за предложение, но вынужден отказаться.

– Ты по утрам такой недолюбленный, злой. Причем уже давно. Жрицы–это не твоё. Уступи её мне и найди себе что–то другое.

Одного моего взгляда хватило, чтобы Агросс тут же метнулся в портал, ну а я домой. Вот только приближаясь к дому, увидел танцующие блики света в окне и знакомую мне энергию. А еще стало как–то не по себе. Обычно люди это называют плохим самочувствием.

Как только я прошел в зал, меня чуть не сбила с ног жрица, что была в одной моей рубашке, которая с трудом что–то прикрывала.

– Что ты делаешь в моем доме?

– Тебя жду. Где тебя так долго носит в такую погоду? – снимала с меня сюртук, а я уставился на эти стройные ножки. Агросс был прав. Недолюбленности во мне уже месяц с лишним. Никогда бы не подумал, что буду так сильно желать лишь одну, которая бессовестно стоит полуобнажённая и смотрит на меня. Я присел на одно колено и обхватил её ноги, прижимая к себе. Уткнулся лицом в её живот. Она даже не шелохнулась. Снова зарылась руками у меня в волосах. Как же мне нравилось, как она это делает. От этих прикосновений по телу бегали приятные мурашки. Я провел руками по её оголенным ягодицам и спустился ниже. Поцеловал в живот, она хихикнула, а я улыбнулся, предвкушая сегодняшнюю ночь. Потому что я понял, сейчас подходящее время, чтобы наверстать недолюбленность.

– Какие у тебя красивые ножки, — коснулся губами её бедра.

– Мда, с такой ногой не стыдно быть нагой, – усмехаясь, вытянула одну ножку вперед, а я коснулся губами её колена. – Эх, как трудно быть порядочной. Сегодня ею точно я не буду! – она присела, оказавшись на уровне со мной, и впилась в мои губы, заваливая меня на пол. Настойчивая, как безудержное цунами. Я начал в ней тонуть.

– Не самая лучшая идея расположиться на полу, – я взял её на руки и понес в комнату. А там я немного удивился, увидев пару открытых бутылок вина на моем столе. Бросив её на кровать, подошел к столу и взял бутылки.

– Ты что, пила вино без моего разрешения?

– Ну тебя так долго не было. А мне было так одиноко. Иди сюда, ко мне, — жрица манила меня пальцем, как это обычно делали женщины в доме утех. Судя по тому, что осталось в бутылке, выпила она много.

– Когда ты пришла, и вообще, как ты зашла в дом? – я рассердился, понимая, что моё возбуждение как рукой сняло. Ведь спать с пьяной жрицей себе дороже.

– Мне некуда было пойти, вот и пришла, надеясь, что ты не будешь против. А дом был открыт.

– Открыт?

– Эльтар, не смотри на меня так! Я говорю правду! Я плечом как двину, и дверь открылась! Я даже упала, вот смотри, – Таира поспешно начала снимать с себя, как оказалось единственный элемент одежды–мою рубашку. – Смотри какой синяк. Ну, в общем, я и осталась. 

Я взял её за руку, стараясь не смотреть на её тело. Синяк и вправду был знатный. А ведь никто, кроме меня не может проникнуть в этот дом. Даже Агросс. Не может быть такого, что дверь была не заперта...или может? Впрочем, уже неважно. Самое ценное на месте. Сидит передо мной. Нагая и пьяная. А это значит, что к ней я не притронусь, хоть убей. Хаос её поглоти. Что за наказание такое?

– Ты что, меня не хочешь? – на этом невинном лице читалось непонимание и обида.

– Хочу, – притянул её к себе. – Больше всего на свете. Только вернемся к этому разговору утром.

– НЕТ! – резко выкрикнула и отстранилась. – Сейчас! Я хочу сейчас!

– Чего ты хочешь сейчас? – недоумевал.

– Тебя! – бесстыжая жрица села на меня и начала со страстью жадно целовать, проталкивая свой влажный язык в мой рот. Сжал её волосы на затылке и прижал к себе. В порыве страсти все пуговицы с моей рубашки улетели в бездну.