– Кто же вы? — спросил тихо. Последовало молчание. Я чуть сжал её пальцы, а она в ответ сжала мои. Что–то отозвалось во мне. Темная сущность тут же среагировала. Глаза…мне нужны её глаза. Только они скажут, кто она. Склонившись к ней ближе, все сомнения о том, кто в моих руках, тут же рассеялись. 

«Сегодня я так странно одет, 

А ты излучаешь таинственный свет… 

Не спрашивай ни о чем,

Мы прячем от всех свое лицо

И верю, никто не узнает…

Что скрою я душу свою, заперев её черным ключом.

Не спрашивай только меня ни о чем… 

Пускай продолжается бал.

Ты королева ночи… Я здесь никто.

Когда сойдутся темнота и свет… Начнется рассвет, а потом…»

Бой часов перебил меня, предвещая полночь. Все присутствующие сняли маски, аплодируя. Я снял свою и взглянул на белое, фарфоровое лицо, на котором просияли два ярко–голубых глаза, с разноцветными радужными вкраплениями. Неторопливо снял маску с её лица. Бестия одарила меня улыбкой и просияла словно самая яркая звезда.

– Не сияй так сильно… Только не здесь, –склонился к её губам. – Всегда… Только для меня.

Я коснулся её теплой и нежной щеки. Ожидание томило. Её губы чуть приоткрылись от желания. Все померкло. В ту же секунду для нас двоих все потеряло значение.

Энергия пылала во мне словно растревоженный улей, горячая кровь кипела, а темная сила тянулась к ней, сплетаясь с ней воедино. Губы слились, рождая страстный танец. Её язык сплетался с моим. Я жадно ласкал её губы, прижимая её к себе все сильней. Она мой Элизиум, мой источник бессмертия и моя погибель. Моя Светлая.

– Чертова шнуровка! – кричала на платье и злилась на саму себя, потому что была уверенна, что со сборами справлюсь сама, но прогадала. Бросив платье и накинув на себя халат, я побежала по женскому общежитию в надежде, что хоть кто–нибудь из девчонок остался… Но нет. Кто захочет зимние каникулы проводить в академии? Ничего не оставалось, как надеяться на помощь ректора Гардисхеля. Старик–то уж точно поможет с платьем. Смешно и стыдно одновременно. Но где наша не пропадала? Мне всего–то нужно бантик на спине завязать.

Нырнув в длинные сапоги и укутавшись в белую шубку, я посеменила к дому главы академии. Но когда это в моей жизни было все просто? Ректор, несомненно, уже вальсировал на балу.

– Да пошло оно все! Сама виновата, дотянула. Никуда не пойду! – оставив идею явиться на бал, я шла, пиная снег под ногами. И было как–то чуточку обидно, что аж до слез.

– Ну и где тебя носит? – у дверей общежития стояла Кендра, в длинном изумрудном платье, украшенное изумрудами, а сверху темно–зеленое меховое манто.

– В смысле «где»? Я здесь это… Прогуливаюсь, – уставилась на нее.

– А как же бал?

– Да как–то не хочется уже, – ректорская секретарша удивленно осмотрела меня, заставляя меня поежиться от неприятного взгляда.

– Нареченная дочь Богов Стихий, видимо, не понимает и не осознает свой важный статус. Ты не можешь взять и не явиться на торжество. Тебя приглашали короли.

Я молча прошла в здание и направилась в свою комнату. Грохот каблуков говорил о том, что Кендра поплелась за мной, и шаги ее были слишком уверенными, что в её решимости можно было не сомневаться. Моя же решимость напрочь сейчас отсутствовала. Хотя нет. Я решительно не желала являться на бал.

Я помню тот день… День, когда я стала нареченной дочерью Богов. Слишком много пристального внимания, много обсуждений и сплетен, много глаз, что стремились меня увидеть. Я была словно редкий, драгоценный камень, на который смотрели, показывали пальцем и говорили: «смотрите, это она». Мне было неприятно, а временами страшно. Я не знала, что от меня ждут, и чего от меня хотят, но понимала, что возложат явно что–то серьезное. 

Зимний бал королей, это не сбор обычных магов, которые посмотрят, ахнут и разойдутся. Вся знать мира соберется и будет обсуждать, то, как Боги Стихий выбрали в нареченную дочь девушку, без магии, рода и имени. Именно сейчас, как никогда, я в себе не уверенна, потому что рядом нет того, в чьей поддержке я очень нуждаюсь. Из рук все валится, так как моя самооценка изрядно пострадала, когда я в очередной раз увидела в зеркале напуганную маленькую девчонку.

– Я не смогу, – к горлу подкатила тошнота, а руки затряслись, сжимая шубу. Кендра встала за моей спиной и положила свои руки мне на плечи. Тепло окутало тело, и вся тревога отступила, словно её и не было, и я резко развернулась лицом к ней. – Я не смогу собраться без твоей помощи! – она просияла от моих слов, а я впервые её увидела такую.

– Ну наконец–то! Я–то уж думала до следующего бала будешь думать. Где твой наряд?

– Вот! – я подбежала к шкафу и достала белоснежное, сверкающее платье.