— Что ты предлагаешь сделать с ней? Переодеть в девочку? — с некоторой язвительностью, которую посчитал оправданной после того, что Джоби наговорила ему, спросил Тод у Эксии. — Даже у тебя не хватит таланта на это.

Сейчас его радовало то, что они избавились от Джоби, так как ее своенравный характер грозил провалить всю затею, которая требовала от участников единодушия и слаженности действий.

К тому моменту когда Они добрались до дома Оливера, все вокруг окутал ночной мрак. Тод с удовлетворением отметил, что побег Франчески поднял самый настоящий переполох, хотя его не оставляла тревога за девушку. Как же ей удалось сбежать из каменной башни?

Им потребовалось всего несколько минут, чтобы убедиться, что Франческу еще не нашли, а Джеми все еще заперт в подземелье. Тод, которому Оливер сказал, что идея похитить наследницу Мейденхолла и тем самым заставить Джеми отдать ему в жены Беренгарию принадлежала «этой странной девчонке Монтгомери», в сотый раз поклялся прикончить Джоби, когда Джеми и Франческа будут вызволены из плена. После знакомства с Беренгарией он отказывался верить в то, что она была посвящена в подлый план младшей сестры.

Тод знал, что брат Оливера поставил дружинников перед воротами, чтобы те следили за теми, кто хоть отдаленно походит на кого-нибудь из Монтгомери. Рональд приказал досматривать всех женщин, входящих в замок, так как был почти уверен, что эти амазонки Монтгомери обязательно попытаются выкрасть своего брата.

Однако никто не досматривал Тода с его фургоном, полным цветов. А если бы и досматривали, то Тод сделал так, чтобы дружинники хохотали до упаду.

— Он столько дней изображал из себя дурачка, наверняка почти все видели это, — с горечью сказала Беренгария лежавшей рядом с ней Эксии.

Ее слова были созвучны мыслям девушки. Когда они оказались на территории поместья, Тод отвел Оливера в сторону и предложил ему свою помощь в поимке Франчески. Ведь Генри известно, как женщины любят цветы? Да. Если Генри разбросает их везде, Франческа обязательно вернется, привлеченная ароматом. Цветы станут своего рода приманкой — разве Генри этого не понимает?

— Все равно что сыр в мышеловке, — восторженно заключил Оливер.

— Точно, — согласился Тод. — Но не говори об этом своему брату, иначе он первым найдет Франческу и припишет всю славу себе.

— Да, — кивнул Оливер. — Рональд считает себя самым умным в деревне.

Тод подумал, что Рональд считает себя самым умным в мире, но это не имело отношения к делу.

— И где же мы разбросаем их? — поинтересовался он. — Может, там, где содержится пленник? Наверняка она попытается проникнуть к нему.

— Верно, конечно. — Наклонившись к Тоду, Оливер прошептал: — Постарайся, чтобы тебя не увидел мой брат, Он никого не пускает вниз, даже меня.

— Почему же ты не пойдешь к нему и не скажешь, что этот дом твой, а не его, и что наследница твоя и что он не имеет права вмешиваться в твою жизнь? В конце концов именно ты был достаточно хитер, чтобы похитить наследницу Мейденхолла, а не он.

— По Рональд страшно разозлится.

— И пусть! А я тем Временем расставлю ловушку для наследницы. Ведь ты не боишься своего брата, не так ли?

— Ну, наверное… Нет! Не боюсь. Иди и займись цветами. Какой вред может быть от цветов?

— Правильно. — Дождавшись, когда Оливер скрылся из виду, Тод откинул угол мешковины и прошептал: — Опасность миновала. Можете вылезать.

— На свете нет человека лучше тебя, — сказала Беренгария, когда Тод помог ей выбраться из фургона. — Я всем обязана тебе, и моя сестра… Ой!

— Прошу прощения, — проговорила Эксия, — вероятно, я оступилась. Хватит тратить время на болтовню, надо поторапливаться.

— Абсолютно верно, — согласился Тод, но почему-то в его голосе прозвучала насмешка.

Через двадцать минут Тод, Эксия и Беренгария, с разрешения Оливера, спускались в подвал: после исчезновения Франчески в доме царил такой хаос, что никто не обратил на них внимания. Держа Беренгарию за руку, Эксия вела ее по треснутым плитам пола, шепча предостережения, когда той предстояло преодолеть груды мусора.

— Мерзость! — однажды прошипела она, но грозный взгляд Тода заставил ее замолчать.

— Один раз они встретили на своем пути поваренка. Тод отвлек его, принявшись корчить рожи, а девушки замерли, изо всех сил сжав руки друг друга: ни та, ни другая не могли спокойно выносить, когда Тод унижался.

Пройдя через кухню, они оказались в коридорах, заставленных бочонками, коробками и заваленных ржавым сельскохозяйственным инвентарем. Создавалось впечатление, будто здесь хранится все, чем когда-либо владело семейство Оливеров. Эксии стоило большого труда провести Беренгарию мимо этого хлама, причем в почти полном мраке, разгоняемом редкими факелами, вставленными в кронштейны на стене.