Я смотрел, как они болтают руками и ногами, не в силах выбраться, и с трудом сдерживал улыбку. Диоген на моем плече стесняться не стал и красноречиво хрюкнул.

— Пойдемте, — шепнул старик.

— Погодите, — сказала Маруся и подняла выпавший из рук курчавого арбалет.

Один болт, готовый к бою, уже находился на ложе, еще несколько запасных крепилось сбоку.

— Это не лук, справишься? — спросил Серый.

— Легко, — уверено ответила она.

Мы выскользнули за дверь и бесшумно двинули вперед. С одной стороны коридора виднелись кованые двери камер, с другой — сплошная каменная стена, судя по маленьким оконцам под потолком, внешняя. Снаружи свет почти не проникал: наступила ночь. К счастью, вокруг никого не было, лишь тихо потрескивали факелы. Видимо, вся охрана в этой части замка состояла только из тех троих, что сейчас отдыхают в стогу.

Через минуту мы достигли развилки, в которой коридор раздваивался.

— Куда теперь? — спросил я старика.

— Туда, — он махнул рукой налево и добавил: — Раньше здесь были казармы стражей храма Света. После Великой Битвы от них остались только руины и колокол. Его оставили на случай внезапного нападения. Замок Вернувшихся построен на фундаменте этих казарм. Я знаю вход в древний туннель, который ведет прямо к храму. В нем мы будем в безопасности.

Голос у него был тихий, глубокий и какой-то… скорбный, что ли. Было понятно, что этому человеку многое пришлось пережить.

И тут до меня дошло — Амикус! Тот самый отшельник, которого взял в плен Аттила. Похоже, мысль осенила не только меня, потому что Диоген проворчал:

— Не так уж там безопасно, раз тебя сумели схватить.

— Я сам им сдался, — усмехнулся на ходу старик. — Три дня назад мне приснился пророческий сон, что вы окажетесь здесь. Кто-то ведь должен был вас вытащить отсюда. Не беспокойся, защитную сферу храма Вернувшимся не преодолеть.

Филин удовлетворенно ухнул. Мы уже подходили к выходу на улицу, когда я резко затормозил.

— Стоп! Раз мы идем в храм Света, нужно обязательно забрать книгу Призыва. Ну, и весь остальной наш шмот. Он в малом хране.

— Хм, не так-то это просто, — покачал головой Амикус. — Рядом с хранилищами всегда толпа стражей, нам с ними не справиться.

Я задумчиво почесал подбородок. Верно, без Кладенца я как без рук. Но даже с ним поднимать шум было бы неразумно. Хотя…

— Есть одна мысль, — наклонился я к друзьям.

Выслушав меня, Серый кивнул.

— Дельно, Димыч. Может сработать. Во всяком случае, попробовать стоит.

— Пожалуй, — погладил бороду старик.

Получено достижение: Смекалка — наше все, 3 ур. Вероятность счастливого события: + 0.3 %..

Мы обсудили детали и бесшумно выскользнули на улицу. Плотные тучи заволокли небо, накрапывал мелкий дождь. Сквозь марево тумана едва пробивались огни нескольких факелов. Наверное, караул.

— Самое время воспользоваться арбалетом, — прошептал Амикус, обращаясь к Марусе. — Ты должна попасть ему прямо между глаз.

Я не сразу сообразил, о ком он говорит, но проследив за его взглядом, понял — о большой красной птице. Если присмотреться, можно было увидеть, что ее перья слегка светятся, едва заметно озаряя клеть.

— Не позволю! — возмутился Диоген. — Долой геноцид пернатых!

— Я не буду этого делать, — покачала головой Маруся и опустила оружие.

— Как хочешь, — пожал плечами старик.

В ту же секунду он выхватил арбалет, резко вскинул его и выстрелил. Движения старца были настолько отточенными и быстрыми, что я даже не успел заметить, когда он успел натянуть тетиву. Хотел бы я быть таким же прытким в его возрасте.

Большая птица гулко ухнула и затихла.

— Дед, ты что, озверина наглотался? — возмутился я.

— Ты же сам хотел, чтобы было пожарче, — хмыкнул он в ответ.

— При чем тут…

— А при том, что это феникс. Сразу после смерти он самовоспламеняется, превращаясь в кучку пепла. А потом воскресает в родовом гнезде полностью обновленным.

— Разве нельзя было по-другому?

— Фениксы живут пять сотен лет, — нетерпеливо бросил Амикус. — А этот был уже старым. Думаю, он только благодарен, что мы избавили его от лишних дней заточения.

Надеюсь, он не врет.

— Минут через пять все начнется, — добавил старик.

— Ладно, пусть так, — сказал я, но неприятный осадок все же остался. — Пошли, Маруся. А вы — как договаривались.

— Встречаемся за бочками, — прошептал Амикус, показав на стену, возле которой вырисовывалась черная груда.

Старик ухватил Серого за локоть, и они растворились в темноте.

Мы с Марусей пробрались к стеле, шлепая по лужам, и замерли возле нее. Я беззвучно выругался: тряпки, в которые за неимением сапог были обмотаны мои ноги, промокли насквозь.

— Кого они здесь охраняют? — тихо спросила Амазонка, глядя на лениво движущиеся огни. — Ведь на острове никого нет, кроме них.