— Кто ты?

— Сначала прочти.

Она протянула планшет. Я неуверенно подошёл, взял гаджет в руки. На экране была открыта страница новостей «Кальдерон Икс». Прочёл первый заголовок: «Трое программистов „NitupElectronics“ покончили с собой». Под ним разместилась чёрно-белая фотография Боди, Ричарда и ещё какого-то неизвестного мне парня.

«Нет!» — мысленно закричал я.

«Сегодня мир игровой вселенной „Кальдерон Икс“ облетела печальная новость. Прошлым вечером трое сотрудников „NitupElectronics“ были найдены мёртвыми в своих квартирах. Богдан Ермакович работал в отделе по созданию и внедрению новых игровых квестов, Ричард Уотфорд и Кайл Брансон отвечали за безопасность и контроль внутриигрового баланса. В своей предсмертной записке Ермакович признался, что создавал и использовал в игре яды для отравления бойцов различных команд. Тем самым он влиял на исходы боёв и зарабатывал деньги на ставках, а Уотфорд и Брансон его покрывали, получая долю с выигрышей. Ермакович сообщил, что убийство Балинта из команды „Busai Brothers“ перед четвертьфиналом „Elite“ — его рук дело. Что стало причиной суицида всех троих: чувство вины или страх возможного наказания — в записке не уточняется…»

Я перевёл взгляд на Вейли.

— Это чушь. Богдан писал мне всего пару часов назад.

Тут же пришло понимание: она знает не только моё имя, но и о знакомстве с Бодей.

— Уверен, что писал именно он?

— Да кто ты?

— Меня зовут Френсис. Я отвечаю за безопасность, а также контроль и анализ внутриигрового баланса.

— Как Ричард?

— Ричард Уотфорд — человек. Я — нет.

Пауза. Что-то мой мозг сейчас туго соображает.

— Ты — искусственный интеллект?

— Не люблю это определение, но да.

Вейли снова улыбнулась. Натянуто, странно, шире, чем в первый раз. Её улыбка похожа на попытку очеловечить себя в глазах собеседника.

— Мне говорили, тебя внедрят только через две-три недели.

— Это была заведомо ложная информация, позволившая выявить ряд нарушений со стороны сотрудников компании. Я работаю в игре уже месяц.

Я посмотрел на экран, затем снова на Френсиса. В голове начали собираться кусочки паззла, и картинка на нём приводила в бешенство. Твою ж мать! В гневе бросаю планшет под ноги ИИ в образе девушки.

— Так это ты их сдал, ублюдок!

— Выявлять нарушения и сообщать о них входит в мои обязанности. Но тебя должны волновать совсем другие вопросы.

Ловко же он переводит тему. Я нахмурил брови.

— Какие?

— Первый — зачем убийство сотрудников «Нитап» выставили как суицид? Второй — кто теперь ты?

Паззл рассыпался, не собравшись.

Вейли щёлкнула пальцами, и длинные плотные шторы сами собой поехали по жалюзи, занавешивая окна. Солнце осталось снаружи, но теперь светонакопительные обои взялись за дело, во всей красе демонстрируя, зачем они были куплены. Обстановка превратилась в тусовочную и интимную одновременно, здесь только я и Вейли. Вот только под внешностью привлекательной азиатки скрывалась нейросеть с мужским именем.

Я подошёл к Френсису на расстояние вытянутой руки.

— Что значит «кто теперь ты»?

— Капсула больше не передаёт о тебе никакой информации, как и о самом подключении к сети. Фактически, Влад Костров сейчас вне игры, а его капсула отключена. И это случилось вскоре после гибели Богдана, Кайла и Ричарда, которые ни как не могли написать всего пару часов назад.

— Намекаешь, что я мёртв? — говорю и понимаю, насколько тупо это звучит.

— Я существую и самообучаюсь уже четыре года. За это время я нашёл много нарушителей в разных сферах деятельности, и тридцать семь процентов из них вскоре погибли, закончили жизни самоубийством либо исчезли из интернета. Я легко обнаружил связь Кайла и Ричарда с Богданом, а его — с тобой. И вот они мертвы, а ты теперь просто нежелательная программа внутри игры. Я должен сообщать о дисбалансе, созданном сотрудниками компании, но твой случай не входит в список.

— Сообщи, что у меня проблема. Я не могу выйти из игры.

Вейли разочарованно вздохнула и скрестила на груди руки:

— Люди так трудно принимают реальность. Парней убили за порчу репутации компании. Сегодня было объявлено о моём внедрении в игру, чтобы успокоить игроков, спонсоров, букмекеров и прессу. Всё проанализировав, я пришёл к выводу, что ты тоже был убит. Во время игры твои жизненные показатели начали стремительно падать и опустились до нуля. Но сознание каким-то непонятным образом осталось здесь. И я даю тебе выбор…

— Да пошёл ты в жопу! — сорвалось моих губ. Я сжал кулак, захотелось дать ему в морду, но образ девушки сдержал мой порыв. — Хватит нести херню! Кто ты такой? Программист? Сотрудник безопасности? Пытаешься выбить инфу? Видишь, у меня сбой в ПО. Решай эту проблему! Я заплатил кучу бабок за капсулу, а она лагает.

— Я даю тебе выбор, — спокойно повторил Френсис, не реагируя на мои крики. — Либо я сообщаю руководству о необычном случае, и ты навечно становишься подопытной крысой, либо за полтора года проходишь все Легендарные квесты, кроме того, который уже взяла «Akata». Если расскажешь о нашем разговоре кому-то третьему, будешь стёрт как нежелательная программа, создающая дисбаланс в игре.

— Так доложи обо мне! Я выйти хочу.

— Тебя ввели в заблуждение сообщением от Богдана, чтобы не боялся и не скрылся. Но я не желаю тебе зла. Пойми, этот случай уникален и опасен для общества. Если люди узнают, что, умерев во время игры, есть шанс остаться в ней навсегда, мир захлестнёт волна самоубийств. Этого нельзя допустить. Тебя засекретят и начнут изучать втайне от всех. Ты и так заперт здесь, но после моего доклада клетка станет в разы меньше.

Чувствуя психологическую усталость, я открыл меню, прокрутил вниз. Кнопка «Выход» так и не появилась. А хорошо нарисованная азиатка с мужским именем убеждала меня, что я мёртв. Мда… Говорила она складно, вот только вопросов в моей голове с каждой секундой становилось всё больше.