— Возможно, вы знаете адмирала Савита понаслышке благодаря музыкальным концертам, которые устраивает его семья на Корусанте.

«Расчетливость этой фразы Таркина еще очевиднее. В голосе слышится предупреждение, возможно, настойчивый намек на высокий статус семьи Савита в культурных кругах».

— Да, наслышан и мечтаю когда–нибудь попасть на концерт.

— Будем очень рады вас там видеть, — кивнул Савит. «В голосе читается гордость и легкое самодовольство. Похоже, он давно привык к лаврам своей семьи».

— А это… — «Напряжение возрастает, как будто Таркин чувствует, что схватка вот–вот начнется. На лице написана отстраненность, граничащая с неприязнью», — …директор Орсон Кренник.

— Адмирал. — «В голосе Кренника угадывается легкая настороженность. На лице читается враждебность. Поза выражает то ли раздражение, то ли презрение». — Мне понятно ваше желание перетянуть финансирование с моего проекта «Звездочка»…

— Ни в коем случае. Я всего лишь хочу получить средства, которые уже были гарантированы мне ранее.

— Причем, надо добавить, самим Императором, — вставил Таркин. «С полсекунды он, не мигая, смотрит на Кренника, затем жмет на выключатель на встроенном в стол пульте. Движение выверено, словно он уже вошел в боевой режим». — Поскольку все приглашенные на месте, я сообщу ему, что мы готовы начинать.

«Пауза затягивается на одиннадцать секунд. Все хранят молчание. Таркин не сводит глаз с Кренника. Тот, в свою очередь, переводит взгляд с Таркина на Трауна. Савит смотрит на голопроектор, всем своим видом выражая бдительное спокойствие».

Голопроектор ожил, и над ним появилась фигура Императора.

— Доброго дня, губернатор Таркин. — «В голосе слышится предвкушение и интерес. Из–за помех на линии связи выражение лица не разобрать, тем более в профиль». — Директор Кренник, гранд–адмирал Савит, гранд–адмирал Траун.

— Доброго дня, ваше величество, — ответил гранд–мофф. «Почтительно наклоняет голову в приветствии. Остальные делают то же самое. На губах Кренника мелькает улыбка, выдающая самодовольство». — Как вам известно, проект «Звездочка» столкнулся с небольшой проблемой, подробности которой я сейчас изложу.

— В самом деле, — протянул Император, повернувшись к Креннику. «Уголки губ властителя Галактики опущены вниз». — Мне казалось, что у вас все идет по графику.

— Сам проект из него не выбивается, ваше величество, — уверил его директор. «Самодовольство из голоса никуда не исчезло». — Проблема лишь в снабжении, но и она легко решаема.

— Неужели? — возразил Император. — По–моему, губернатор Таркин придерживается иного мнения.

— Так и есть, ваше величество, — подхватил Таркин. «Выражение лица в целом не изменилось, но чуть дрогнуло, как будто он не прочь улыбнуться». — И поскольку директор Кренник не может или не желает признать серьезность проблемы, я пригласил для консультаций гранд–адмирала Трауна.

— Я вижу. — «Фигура над голопроектором поворачивается, губы на миг растягиваются в улыбке». — И что же, позвольте поинтересоваться, гранд–адмирал Митт’рау’нуруодо думает о сложившейся ситуации?

— Дело в том, ваше величество, что мне не выпало возможности посвятить адмирала в суть проблемы, — заметил гранд–мофф. — Учитывая строжайшую секретность проекта «Звездочка», я счел неприемлемым обсуждать ее через Голосеть.

— Мудро, губернатор Таркин, — одобрил Император. — Директор Кренник, окажите любезность: изложите свое видение ситуации. — «Уголки его губ снова опускаются». — Для нашего общего понимания.

«У Кренника едва заметно каменеют мышцы на горле».

— Как я и сказал, ваше величество, проблема легко решаема. Нам немного досаждают майноки в одном логистическом узле.

— Гроллоки, — пробормотал под нос Таркин.

— Гроллоки — всего–навсего разновидность майноков, — огрызнулся Кренник. «Лицо мрачнеет, кровь приливает к щекам: возможно, от раздражения, возможно, от гнева или неловкости». — Они точно так же живут в вакууме и портят кабели и соединительные муфты…

— Но при этом значительно крупнее и живучее обычных майноков, — подал голос Савит. «Судя по выражению лица, происходящее его втайне забавляет». — Губернатор Хейвленд намучилась с ними в секторе Эсага.

— Тем не менее для нас они не более чем мелкая помеха, — отрезал директор. «Кровь отливает от лица. Кренник снова владеет голосом и не сводит глаз с Таркина, возможно бросая ему безмолвный вызов».

— Помеха? — переспросил гранд–мофф. «На лице написано торжество». — Вы сами докладывали, что техника и турболазерные установки точечной обороны доставлены с опозданием на три недели. У меня язык бы не повернулся назвать это «мелкой помехой».

— Хотите сказать, что «Звездочка» стала жертвой стайки безмозглых тварей? — «В голосе Императора слышится тщательно сдерживаемый гнев, взгляд вперен в Кренника».