Дракон опустил голову и резко вдохнул мой запах. Причём от его вдоха поднялся ветер, и мои волосы вместе с тканью юбки одним резким движением приподнялись и направились к ноздрям чудовища.

— Да, — уверенно произнесло чудовище. — Это ты… Ты использовала мои способности. Ну, что? — дракон наклонил голову так низко, что я теперь видела собственное отражение в его огромном, словно щит, глазе. — Приготовься, человек. Сейчас ты умрёшь…

***

Люди перед лицом Смерти ведут себя по-разному.

Кто-то впадает в истерику.

Кто-то падает на колени и молит сохранить ему жизнь.

Кто-то, словно доблестный рыцарь, готов сражаться за право на жизнь до последнего вздоха.

А кто-то… ничего не делает.

Я понимала, что что-то делать бессмысленно. У меня травмирована нога. Болит всё тело. Запас магии практически иссяк, да и, боюсь, даже Любимое Дитя Бога против самого древнего источника магии мало что мог сделать. Я не знаю, где нахожусь, и, наконец, меня уже разоблачили.

И не спрятаться, и не убежать.

Странно, но это успокоило меня. Нет, я не желаю умирать, но, если подумать, единственное, что у меня ещё сохранилось, — гордость. Я умру? Так тому и быть, но с честью герцогини. И, похоже, эта мысль отразилась у меня во взгляде, так как дракон усмехнулся, осматривая меня со всех сторон.

— Сколько высокомерия… — протянуло чудовище. — Таких жалких людишек я убивал тысячами. Всех и не пересчитать. Даже магия не понадобится, чтобы расправиться с таким жалким вором. Люди… отвратительные и жалкие существа.

— Да, я человек, — тихо произнесла, собирая всю силу воли в кулак, чтобы не дрожать. — И, вероятно, в сравнении с драконом действительно жалкое существо. Но… я не вор. И, если хотите меня убить, что ж… сопротивляться всё равно не смогу. Но не смейте называть меня вором.

— Ха? Ха-ха-ха!!! — засмеялся дракон, отчего вся пещера задрожала, а сверху принялись падать огромные булыжники. — И это говорит мне та, в ком плещется моя кровь! Я её чувствую! Чувствую, как она течёт в твоих венах и уже давно стала частичкой тебя. Что на это скажешь, человек?

— Кровь?.. — озадачилась я, совершенно не ожидая такого обвинения.

Кровь дракона? Я ещё не выжила из ума, чтобы добровольно принимать такой нестабильный магический артефакт. Нет, были в истории самоуверенные личности, которые считали себя первооткрывателями в области магии. Они рисковали своей жизнью ради научных целей. Но, в итоге, каждый из них сошёл с ума от переизбытка чужой магии.

Магия драконов неконтролируема, своенравна, безумна. Она могущественна, и многие ей завидуют. Желают обладать такой же мощью. Особенно те, кто от природы не обладает сильным потоком энергии. Но, как по мне… связываться с этим равносильно попытке самоубийства.

Однако… кровь? Подождите… кровь дракона… Приблизительно год назад мне вкололи кровь дракона, чтобы усыпить и выдать замуж за Эджила. Но это была кровь мёртвого дракона, которая, пусть и считается таким же опасным артефактом, причисленным к тёмной магии, всё же менее опасна, чем кровь живого дракона. Да. Тут должна быть ошибка. Дракон ошибается. Иначе мы бы уже не разговаривали.

— Это была кровь мёртвого дракона, — пояснила я, смутно припоминая события прошлого года. — И это был не мой выбор. В меня насильно вкололи данную жидкость, желая усыпить.

— Мёртвого?.. Мёртвого дракона?! Ха-ха-ха!!! — вновь засмеялся монстр. — Я похож на мертвеца?! Я живее всех живых! И в тебе именно моя кровь. Говори, что хочешь, но я это чувствую.

— Возможно, вы лишь плод моего воображения, — решила порассуждать вслух. — А на самом деле я где-нибудь лежу без сознания с раненой головой. Начнём с того, что драконов минимум как двести лет никто не видел…

— Двести лет? Разве это срок? — усмехнулся монстр. — Люди… вы настолько ничтожные. Для вас даже каких-то сто лет — уже история. Драконы живут намного дольше. Мы можем прятаться и впадать в спячку. Тем более, — вновь наклонил голову, приближаясь ко мне, — ни у одного живого существа не возникнет желание ввести в себя кровь мертвеца, хоть и дракона. Сколько веков живу, столько и поражаюсь человеческой жадности. И, да… возможно, ты и не желала того, однако всё же её использовала. И неоднократно… Ну, как? — наклонил голову набок, обнажая зубы. — Понравилась капля моей силы?

Решила не отвечать. Драконы сами по себе — воплощение гордости и силы. Всё, что я ни скажу, будет воспринято либо как агрессия, либо как оправдания. Ни того, ни другого они терпеть не могут. Что тут говорить? Многие магические существа презирают человеческий вид. И, если говорить честно, я их прекрасно понимаю. Учитывая то, что мне уже довелось узнать, причин для ненависти предостаточно.

Стояла, молчала и смотрела на дракона, отмечая про себя, что даже перед смертью мне удосужилось увидеть нечто прекрасное. Так те сны — это всего капля его силы? Восхитительно… Страшно представить, на что ещё способны драконы.