При этом Свейн продолжал бороться с собственной магией, которая больше не поддавалась контролю. Её всплески причиняли юноше боль. Он буквально сиял солнечным светом изнутри. И как бы это безумно не звучало, это… было прекрасно.

И всё же Свейн кричал, тяжело дыша. Упираясь руками в пол, он пальцами царапал сырые камни, оставляя за собой кровавый след. Ногти крошились, создавая раны. С каждой секундой вспышки маны становились всё чаще и ярче.

Поверить не могу, что умру вот так. С ним. По идее, он должен умереть, после того как ему отказала Мэрит. Он обязан был так умереть. Он молил, чтобы девушка стала его сосудом. Молил попробовать, но проблема была не в нём и не в самой Мэрит, у которой уже был принц. Проблема в том, что, хоть женщины и способны принять любой вид магии, для всего есть ограничения.

Да, женщин можно сравнить с сосудами. Но и у сосудов есть свои особенности. Одно дело если ты в ледяной и в стеклянный кувшин решишь бросить по свежей ягоде. И тот, и другой сохранят её и будут держать в целостности. Но что будет, если в ледяной и в стеклянный сосуды налить кипятка? Стеклянный, конечно же, выдержит, а вот ледяной будет уничтожен.

Здесь всё то же самое. Любимое Дитя Бога… его энергия мощная, сильная, чистая и настолько опасная, что многие женщины, если и выдержат её огромный поток, могут на всю жизнь остаться инвалидами. И Мэрит отказала Свейну, так как знала, что может элементарно умереть или стать калекой.

Чтобы стать сильным сосудом, необходимо тренировать силу воли, выносливость, дух и стойкость. По сути, это воспитание внутреннего я. Не столь физические навыки, сколько сила характера. Но во времена, когда женщина, в принципе, права голоса не имеет, с этим имеются проблемы.

Но Мэрит… Мерит могла ему помочь. Думаю, что могла. У неё никогда не было никаких ограничений. И если кто-то и был свободен духом, то только она. Никогда никаких ограничений. Именно ей всё было доступно. И любящий родитель, и прекрасные любовники, даже статус королевы… у неё всё было.

Но она позволила ему умереть.

И это был мой сон.

А что теперь? Почему я вообще оказалась в подобной ситуации?

Тело Свейна вновь охватил поток сияющей солнечной маны, и он закричал, царапая свои шею, грудь и лицо. Словно пытался избавиться от чего-то, что было внутри и пожирало его.

Похоже, у меня нет выбора… Так или иначе умру. Либо от взрыва, либо от…

— Господин Свейн, — позвала его, становясь перед ним на колени и стараясь дозваться до сознания юноши. — Госп… Свейн! Свейн, посмотрите на меня! — повысила голос, обхватив его лицо руками и заставив золотые сияющие глаза сфокусироваться на мне. — Передайте мне свою ману, — требовательным тоном приказала ему.

— Чт?.. Что? Нет… Нет! — попытался отмахнуться от меня юноша, пока не нахлынула новая волна. — Ты не понимаешь, о чём просишь. Уйди… Просто убегай! Беги как можно быстрее!

— Свейн, вы едва держитесь, — спокойно отметила я, при этом сама готова была ударить юношу. Его слова… будто я этого не знаю! Да я, может быть, даже лучше его это знаю. Но у меня… — Нет выбора. Передайте немного. Столько, чтобы вы не уничтожили всё вокруг.

— Нет же… Это ведь…

— Сейчас же! — грозно бросила, слегка встряхнув голову юноши. — Ну же!

Наконец-то Свейн сдался, обречённо закрыл глаза, стиснув зубы, и согласно кивнул. Его всего трясло и бросало в жар. Но он всё равно взял меня за руки, соединяя наши ладошки так, чтобы все пальцы переплелись. Юноша закрыл глаза, после чего шумно выдохнул, запрокидывая голову так, словно намеревался посмотреть на небо.

И тут… я почувствовала.

Казалось, словно по моим венам текла не кровь, а бурлящая лава. С непривычки я даже закричала и попыталась отстраниться, но Свейн крепко держал мои руки и даже не заметил, что я пыталась вырваться. Это было больно. Руки горели. Поток маны слишком сильный, тягучий, безудержный. Расплавленный металл, а не энергия.

Сила поднималась по рукам. От непривычности ощущений я сопротивлялась ей. Пыталась отогнать и не позволяла проникнуть дальше положенного. Но это только сильнее причиняло мне боль, так как поток не прекращался. Но потом… я сдалась. Сил сопротивляться такому напору просто не было.

Энергия ленивым и тягучим золотистым мёдом добралась до плеч, а после добралась до органов и, наконец… сознания. И только тогда, когда я позволила этой силе действовать так, как ей того хочется, что-то произошло. Боль исчезла. Я приняла эту силу и сделала своей.

Я больше не ждала, когда мне её дадут, моё тело словно само стало вытягивать всю энергию из тела Свейна. Хотелось ещё, ещё и ещё. Опьяняющее чувство всесилия, могущества, бесконечных возможностей и бесстрашия.

Никогда в жизни не чувствовала себя настолько сильной. Если Бог и существует, то, думаю… он чувствует именно это. Сколько бы природной маны я ни пила, она ничто в сравнении с силой этого юноши. С силой Любимого Дитя Бога…

Наконец-то наши руки рассоединились, так как в теле Свейна ничего не осталось. Он пуст. И ещё не скоро наберёт столько же энергии.