– Кто же такие факты сдает? Надо было притвориться, а потом выиграть.

– Я так не умею, Саид. Я… Не умею лгать или притворяться. В детдоме за это доставалось, но…

– Ты была в детдоме?

Ещё раз осматриваю девчонку, подмечая детали. Нихрена подобного. Видел я ребят из приюта, многие у меня работали. Дикие, без принципов и тормозов. Отличные бойцы, которым нечего терять. И девки среди охраны тоже были, ничуть не нежные фиалки. Рвали больше мужиков, доказывали своё место.

Конечно, не все приюты напоминают ад. Но сомневаюсь, что у нас много прекрасных заведений. Ника не настолько везучая, чтобы попасть в подобное.

– Не долго. Мама попала в больницу надолго, не было, кому присмотреть. И я провела несколько месяцев в приюте. Можно мы не будем говорить об этом?

– Можно. Тогда меняем правила. Забираю твою фигуру – с тебя желание. Забираешь мою – я выполняю твою прихоть.

– Любую? – вертится, в итоге садясь боком. Перебрасывает ноги через подлокотник кресла, прижимается плечом к моему. – Прям всё?

– Прям всё.

– А если загадаю машину или квартиру? Или… Мальдивы?

– Я предлагал Бали. Когда я говорю всё, то могу позволить себе всё.

– У меня нет загранпаспорта. Но… Я что-то придумаю.

Улыбается довольно.

Блядь.

Кого-то цацками нужно брать, а кого-то шахматами. Самим азартом, который делим на двоих. Сжимаю в кулаках две пешки, предлагая девчонке самой выбрать.

Не этим планировал заняться ночью. Нутро требует предложения. Насадить прямо так, не двигаясь. Вколачиваться в неё, пока немного не успокоюсь. Не почувствую насыщения.

Но сдерживаюсь, когда Ника накрывает ладошкой мой кулак. Получает себе белые фигур и первый ход.

– Ладно. Хм, - кусает губы, смотрит на меня хитро. Двигает пешку на две клетки вперед. – Тогда пешка на Е4.