– Решила попросить за своего мужа? Вовремя вспомнила. Не переживай, утром вернется домой. Перед этим узнает, как ты его свободу отрабатывала. Старательно, да?

За мужа, блядь, попросить решила. Ревность царапает, впивается когтями. Проводит острием, будит зверя. Я должен был держать это под контролем. Усмирить.

Какое дело, о ком думает Ника. Не волнует, не должно. Но резануло, достаточно глубоко.

– Саид, нет, - сжимается, уходя от прикосновений. Разворачивается, сверкая страхом в глазах. – Нет. Не об этом. Не за это. Пожалуйста.

– Ну? Говори, Ника, пока я жду. Вдруг товар возьму, а расплатиться не в силах?

– Пожалуйста… Ты можешь сделать так, чтобы Назар больше не подходил ко мне? Никогда. Я хочу, чтобы его больше не было в моей жизни.

Пиздец.

Волна сожаления сбивает с ног.

Саид отпускает так резко, что я падаю на диван. Разворачиваюсь, поджимая к себе ноги. Даже не стараюсь прикрыться, платье скаталось под грудью.

Жалею, что вообще начала разговор. Всё было так хорошо, а после… Саид говорит грубые вещи, ужасные. И правдивые, на самом деле. Я ведь сама вспомнила о цене.

Но так невыносимо от мысли, что я вернусь в квартиру. А там Назар. После всего, что случилось этой ночью. Как я отвечала другому мужчине, испытывала то, что ни разу с мужем.

Страх увидеть Назара был сильнее инстинкта самосохранения. Саид может помочь, ему это по силам. Потому что… Я не хочу больше вздрагивать от любого шума, боятся всё время.

Саид называет меня «пташкой», и он прав. Просто я в клетке, столько времени. Привыкла, обжилась. Но даже сегодня, в такой ситуации… Я чувствую свободы больше, чем за всё время брака.

Не хочу возвращаться.

Не могу.

– Адекватно объясни, - сглатываю от тона, облизываю пересохшие губы. – И стяни уже это платье, толку нет.

Пользуюсь отсрочкой, поднимаясь на ноги. Они дрожат, не держат. Снимаю платье и разорванные трусики, оставаясь полностью обнаженной. Сменная одежда осталась в машине Саида.

– Он не примет меня, - прикрываю грудь руками, не зная, что делать. Не могу сесть, двинуться. – И я не хочу этого. Не хочу к нему, Саид. Ты ведь можешь ему сказать, чтобы не приближался?

– Почему сама не скажешь? Развод давно разрешили.

– В стране – да. А Назар не разрешит. Он, - мне не хватает воздуха. Отбрасываю смущение, направляясь к окну. Впускаю прохладный летний воздух, дышу. Вздрагиваю, когда на плечи опускается рубашка Саида. – Он не отпустит меня просто так. И не простит, что была с тобой. Отыграется. Будет говорить грубости, хуже, чем ты. Я просто не хочу этого. Хочу спокойно жить, без него. Ты можешь это организовать? Объяснить, чтобы он не рискнул ослушаться?

– Могу. Это твоя цена?

– Да, - киваю, ощущая металлический вкус во рту. Больно признавать, что я равняю себя к вещи. – Да.

– Ты могла попросить квартиру, машину. Полет на Бали и всё, что придумаешь. А просишь только организовать защиту от Назара? Этого уебка, который ничего не может?

– Это для тебя он ничего не может. Но… Мне ничего не нужно, только свобода. Я так её хочу, Саид. Всё, о чём прошу. И я сделаю всё…

– Замолчи. Ты удивительно не умеешь использовать свой рот правильно.

Поджимаю губы, когда мужчина сжимает мои плечи. Поворачивает лицом к себе, медленно поглаживая мой подбородок. Снова касается шрама, очерчивает скулы.

Ничего не говорю, боюсь испортить момент. Саид как многоразовая бомба. Взрывается в любой момент и затихает, до нового случая. Я не понимаю, что его злит, а что забавляет.

Что ему нравится.

А что снова приведёт к грубости.

Но мне хочется узнать.

Господи, я не знала, что мне столько всего хочется. Миллион вещей, о которых я раньше даже не думала. Не знала.