Она как завороженная глядела в его ледяные глаза, медленно кивнула, заставила себя отвести взгляд и вернуться к своим обязанностям.

Как только ресторан опустел и этот странный волнующий тип с арктическими глазами скрылся из виду вместе с гвардией охранников, Аня быстро включила телефон и набрала своего приятеля Колю. Тот был компьютерщиком от бога. Стрелки на часах показывали почти пол второго ночи, но Аню это не смущало. Ей нужна была помощь и срочно. После сто сорок девятого гудка в трубке прозвучало сонное «ало», радостно выдохнув, Аня изложила суть ночного звонка, не забыв добавить самым сладким голосом:

— Колюсик, я буду должна тебе. А я долги всегда отдаю, ты же знаешь.

— Знаю, знаю, — угрюмо бурчал в трубку голос, — последний раз отдала билетами в театр на балет «Кармен» на последний ряд. Где я и где балет? — недовольно продолжал звучать динамик в телефоне, чем вызвал улыбку у Аньки. Ей тогда осветитель театра, один из клиентов, «подгон» сделал, а так как она не любитель мужчин в пуантах и в трико, она Коле перенаправила волшебные билетики. Оказалось, что мужчин в трико не любит не только она одна. — Буду через минут тридцать.

— Спасибо, дорогуля! Приедешь — набери меня, я спущусь — открою. Коль, и еще, с черного входа. Ок?

— Хорошо.

Ночь будет сегодня бессонной. Надо, пожалуй, на завтра отгул взять, нет желания видеть опять эти холодные, голубые глаза. Прикинусь больной, — решила она и принялась ждать Колю.

Слава Богу, я смогла сбежать, а то ума не приложу, как бы мы отмазывались. Черт, да Анька даже работу могла потерять из-за нашей шалости! Вроде взрослые женщины, а повели себя как безмозглые соплюшки.

— Привет! Я дома! — оповестила, входя в квартиру.

— Привет! — крикнул Слава из комнаты, не отвлекаясь от просмотра какого-то сериала про убийства. Как он эту гадость смотрит? Кровь, стрельба, слезы. Фу! Я люблю комедии и мелодрамы. Мне кажется, что проблем и негатива полно и в жизни, чтобы дополнительно их еще получать от просмотра фильма.

— Мамуля пришла, — выбежала мне навстречу мой Катенок. Я ее подхватила, прижала к себе и звонко поцеловала вначале в одну щечку, потом в другую.

— Уф, ну ты у меня и тяжеленькая, — ставя ее на пол, произнесла я.

— Это потому что я покушала только что.

— Вы ужинали уже?

— Да. Папа мне плов разогрел.

— Ну и отлично, — пробормотала я, снимая ботинки и вешая на крючок куртку.

Прошла на кухню, в желудке требовательно заурчало. Сегодня не ела еще, две чашки кофе за целый день. Икра черная и то мимо меня пролетела.

Положила плов, засунула в микроволновку, села на стул и задумалась. Может, конечно, и не стоило идти на этот праздник, мощно я хапнула адреналина, но вот, что удивительно — я не жалела. Я была благодарна Ане за то, что она позволила мне подглядеть за другой, такой красивой жизнью. Навряд ли кто-нибудь из них хоть раз в жизни стоял перед выбором: оплатить коммунальные платежи или купить джинсы. Неожиданно у меня вырвался горький вздох. И в эту минуту микроволновка издала звук, обозначающий, что скоро мой желудок возрадуется.

Принялась за еду, раздумывая о сегодняшнем вечере. И как я смогла встретить этого парня снова? Имени, кстати, я так его и не знаю, ну или не помню. Да и зачем мне знать лишнюю информацию о нем? Молодой совсем, сколько интересно ему — двадцать шесть, двадцать семь? То, что моложе меня — это к бабке не ходи. А еще он красивый: глаза черные, жесткая линия губ, волосы темные. Было что-то угрожающее в нем, что-то нехорошее. Я сама себе объяснить не могла, знала только, что надо держаться подальше от него, как можно дальше. Но как же хотелось притронуться к нему сегодня. Несмотря на смятение, страх, нервозность, было еще одно чувство — желание тактильного контакта. Сделала шаг к нему, посмотрела в эти глазищи и еле удержалась, чтобы не дотронуться до его щеки. Даже собственные руки в кулачки сжались, останавливая их хозяйку от произвола. Правильно, я все сделала правильно. Тихонечко удалилась и плохо от этого никому не будет. У нас ровным счетом ничего общего нет. Мне четвертый десяток, у меня дочь и муж, я флорист, я живу обычной черно-белой, с примесями серого, жизнью. А он — он другой, он из другого красивого, яркого, как радуга, мира. Он хозяин жизни, а я раба. Классная ассоциация, — ухмыльнулась я своим не самым оптимистичным рассуждениям. Под эти мысли я доела плов, теперь надо помыть посуду, Катюню спать уложить, да и самой пораньше лечь, завтра моя смена в магазине. Блин, еще надо шпильки повыковыривать из башки, которые не успела впопыхах вытащить.

Глеб проснулся рано утром. Часы показывали шесть утра. Открыл сообщения на телефоне. Раз тишина, значит они ее не нашли. Это становится все интереснее и интереснее. Девчонку не найти за вечер?! Они что, смеются, что ли? Он подождет до обеда, а потом спросит с Фролова.

В прескверном настроении поднялся и направился в ванную и в спорт зал, который был оборудован у него тут же на этаже. Прогнав себя два часа по тренажерам, изрядно избив грушу, он так и не смог избавиться от напряжения, державшего его за яйца, в прямом и переносном смысле слова, со вчерашнего дня. Плюнул на уговор с самим собой, и, не глядя на часы, набрал Костяна.

Несмотря на раннее время, тот уже был бодр.

— Приветствую.

— Вы ее нашли? — вместо ответа бросил Глеб в трубку.

— Пока нет, — Глеб резко выдохнул. Костя почувствовал, что сейчас грянет и поспешил добавить, — но через два часа забираем видео с камер наблюдения.

— Почему сегодня? Не вчера?

— Запись на директорском компе, кабинет закрыт.

— Кость, ты что, маленький? Не смог открыть вонючий кабинет?

— Глеб, давай как-то попробуем мирным путем?

— А давай, бл*ть, ты мне результаты будешь давать, а не тупорылые советы?!