Потом по составленным фотороботам и отпечаткам пальцев в моей квартире выяснили личности преступников, помогавших Вадиму. Они в свою очередь указали на него, как организатора. И всем было предъявлено обвинение в сговоре с целью убийства и завладения чужим имуществом. А конкретно моей квартирой.

Но меня такой ответ не устраивал. Такая блестящая многоходовка ради скромной квартирки в провинции? Смешно. Но правоохранительные органы основной мотив не интересовал. Нашли тех, кто причинял тяжкий вред здоровью Платона и кольцо, и на этом миссию посчитали законченной, а меня оставили в загадках.

Зато когда я получила разгадку, долго не могла прийти в себя. И снова почувствовала себя настоящей героиней какого-то романа.

Я получила заказное письмо. И в нем говорилось, что я должна вступить в права наследования всем имуществом господина Жан-Марка Леграна. А именно. Виноградниками в провинции в Эльзасе, винокуренным заводом в Эльзасе, родовым замком там же, особняком в п. Барвиха и картинами: …

Список картин я уже не смогла прочитать, так как в глазах зарябило. Снова пришла знакомая мысль — розыгрыш?! Иначе и быть не может, какой еще Жан — Марк ибн Легран? Я не наивная девочка, чтоб верить в тетушку или дядюшку из солнечной Бразилии. И уж тем более, из Франции.

Кому хоть раз не звонили по телефону и не писали на почту сообщения типа: «Вы стали счастливым обладателем и бла-бла..»

Стала перебирать в уме, кто мог так прикалываться. Вадим с Динкой под арестом. Может, его сестрица решила разыграть, раз уж насолить не может? Вариант.

— Белочка, что ты притихла? — поинтересовался Платон.

— Да опять меня достают, — досадливо отмахнулась я и хотела уже выбросить конверт в мусорку, но Платон перехватил руку.

— Подожди, выбросить всегда успеешь.

Я согласилась. Все-таки он имеет дело с документами и всякими бумагами и разбирается, что к чему.

— «Завещание…», — начал он.

— Реально? — тут я уже удивилась по-настоящему. И было чему!

Оказывается, я единственный ребенок этого самого Леграна, о котором и слыхом не слыхивала. Ядвига Эрнестовна — его жена, которой он отписал четырехкомнатную квартиру в Москве и небольшую сумму ежемесячного содержания. Не обделил вниманием он и ее детей от первого брака — Элину и Валдиса. Им оплачивалась учеба и полагалось несколько картин.

Теперь стало ясно хоть одно — откуда у меня такое экзотическое имя. И отчество Ивановна взялось не с потолка. Жан — Иван. От души спасибо, мама, что я не получила отчество строго по папиному — Ивановна-Марковна. И да, кроме этого, мое знание французского чуть ли не с пеленок. Пока мама была жива, мы каждый день минимум час общались на языке моих предков по отцовской линии.

Ну и еще появилось понимание того, к чему была эта пляска с танцами и бубнами вокруг меня. Еще бы! Женившись на мне, Вадим рассчитывал упрятать меня в психушку, признать недееспособной и тратить мое наследство в свое удовольствие.

Но осталась куча вопросов. Почему я ничего не знала об отце, и мама запрещала даже заговаривать о нем. Да и бабушка — предводитель отряда партизан!

Хотя, наверно, они были правы. Знай я о том, что у моего отца есть настоящий замок во Франции, я бы рассказывала об этом одноклассникам. Нетрудно представить, что тут же стала бы объектом для издевательств. Да, папа — французский аристократ — это еще более мифический персонаж, чем папа — полярник.

Мама меня просто охраняла от боли и насмешек. А так обычная воспитанная девочка, растущая в неполной семье.

Но почему тогда он ни разу обо мне не вспомнил, а тут вдруг наследство?!

Хотелось от обиды свернуться скорбным комочком и поплакать. Пожалеть маленькую девочку, которая отчаянно хотела хоть раз гордо пройтись по улице, держа за руку папу. Не говоря уже о том, чтоб когда-нибудь он забрал из садика или вообще пришел на выпускной. Хоть когда-нибудь!

Я шмыгнула носом и приготовилась разреветься, но Платон заключил в объятия и ткнулся носом в шею, согревая кожу своим дыханием.

— Моя маленькая Белочка! Ну ты чего?! Все ж хорошо! — теперь его губы целовали меня в висок, а голос нежно успокаивал. А я, вместо того, чтоб успокоиться, зарыдала в голос. Ну почему?! Если он оставил мне наследство, значит, знал обо мне и помнил? Почему тогда я выросла без него?

Ответ пришел позже. Когда нам с Платоном пришлось ехать во Францию, чтобы мне официально вступить в права наследства.

Управляющий делами отца, мсье Бернар, был просто шокирован, когда вместо громогласной русской наследницы увидел меня. Скромную интеллигентную девочку с хорошим французским и настоящего русского медведя, каким выглядел Платон по сравнению с щуплым мелким французом. Правда, медведь был еще с палочкой, но все равно имел вид внушительный.

До всех этих приключений я знала, что когда — нибудь побываю во Франции. Но даже и представить не могла, что попаду вот так. За наследством.