— Здравствуйте, меня зовут Лариса, — сказала она, застыв у самых дверей.

— Гардиан послал?

При упоминании этого имени она вздрогнула, так и не ответив на мой вопрос.

— Проходи, присаживайся. Стоп! — скомандовал я, когда девушка проходила мимо, заставив ее застыть на полушаге.

Чтобы бесцеремонно поднять волосы на затылке, и осмотреть шею — только «дитя Вазлеха» мне еще и не хватало. И с облегчением не обнаружил шрам. То, чем ей приходится заниматься, и что пережить, со временем забудется. Но если девушке привили эту мерзость, ничем уже помочь будет нельзя.

— Мне раздеться? — голос был равнодушным, как будто она спросила о чем-то совсем несущественном.

— Нет.

— Как скажете.

Лариса была моложе от силы года на три-четыре, и вот это ее «выканье» не то чтобы вызывало раздражение, но немного напрягло.

— Давно уже здесь?

— Полгода, наверное, может больше.

Лариса сидела на стуле, скромно сложив руки на коленях. Подол ее и без того короткого платья теперь не скрывал ног почти полностью. И если бы я скосил туда глаза, наверняка разглядел цвет ее белья. Или его отсутствие.

— Только вы меня не прогоняйте! — едва не взмолилась Лариса. — К вам все равно другую девушку пришлют, а меня накажут.

— И много вас здесь?

Мне, в моем положении, могла пригодиться любая информация, и главное было Ларису разговорить. Но она лишь кивнула. Тогда я попытался зайти с другой стороны.

— А кто до меня здесь жил?

Добившись того, что девушка пожала плечами. А когда приготовил вопрос, на который невозможно ответить ни жестом, ни мимикой, дверь внезапно распахнулась.

— Теоретик, давай скорее, время уже! Иначе пропустим!

Гардиан говорил так, как будто мы заранее с ним договорились и назначили время. И я послушно последовал вслед за ним: ну а что мне еще оставалось? Шли мы на этот раз долго — в южную оконечность долины. Туда, где, образуя водоворот, река исчезала под землей. Он по-прежнему держался со мной так, как будто мы с ним были давними приятелями. И я все не мог понять — по какой именно причине? Особенно в связи с тем, что со всеми остальными манера общаться у него была совершенно иная.

— Скоро появится, — взглянув на часы, сообщил он, не объясняя ничего больше и глядя на каменную стену.

— Видишь?! — едва ли не торжественным тоном сказал он. — Впечатляет? Всегда появляется в одно и тоже время и держится ровно пятнадцать секунд. Правда, не каждый день и без всякой периодичности. А ночами и еще реже.

— Вижу.

Зрелище портала не особенно и впечатлило: приходилось его наблюдать и раньше, причем несколько раз.

— Как думаешь, что это?

— Портал.

— Уверен?

— Практически наверняка.

— И откуда такая убежденность?

— Приходилось встречаться раньше.

— Где именно?

— Южнее Радужного и Аммонита, на островах. Тех самых, куда Земля шлет подарки.

— Так, а ну-ка поподробней! Хотя, постой, ужин скоро, тогда все и расскажешь.

Портал выглядел точно таким же, как и те, с которыми мне приходилось встречаться. Вертикальная щель, внутри которой клубится нечто вроде дыма, переливавшегося всеми оттенками черного. И еще однажды мне довелось наблюдать, как в него влетело несколько местных птиц. Причем они именно влетели — их туда не засосало. До этого все мы надеялись, что порталы ведут на Землю. Но после того увиденного, стало понятно — куда угодно, только не туда. Потому что на Земле нет даже близкого тому, что они собой представляют.

— Признаться нечто подобное я и предполагал, — рассказывал Гардиан уже по дороге назад. — Есть у меня мысль скормить в него нескольких испортившихся модов.

— Кого скормить?

— Ну, типа — модифицированных людей. Симбионты всем хороши, но быстро становятся идиотами. Получается, что эти червячки не такие уж и симбионты, паразиты скорее. Кстати, а почему ты меня не боишься?

Как бы по-детски не прозвучал его вопрос, отвечать было нужно.

— Ты мне еще повода не давал.

— Веди себя хорошо, и не дам, — пообещал он.

«Это уж как получится!», — мысленно ответил я. Чтобы не утерпев, спросить.

— Насчет меня какие у тебя планы?

Чтобы знать, к чему готовиться. Или поторопиться.

— Да какие тут могут быть планы? Как будто тебя в первый день не просветили — никому не верь, и живи одним днем. Настроишь их, а назавтра заявится другой Теоретик с кучей народа, кишки выпустит, и начнет любоваться, как я подыхаю. Или что он со мной сделает?

— Если еще один Теоретик — просто пристрелит.