Тот посмотрел на меня.

— Кар! Никогда!

Я отпрыгнула назад.

— Он умеет говорить!

— Да, Богиня. Вороны с соответствующей дрессировкой могут превосходно говорить. Я учил их.

Ворон издал свистящий звук, уставившись на меня одним глазом.

— Богиня! Кар! Никогда, Богиня!

— Доброе утро, — сказала я. — Изюм ешь.

— Кар! Тьма, и больше ничего. Кар!

— То есть, ты учил их стихотворениям Эдгара По10.

— По и кое-чему ещё... — он умолк.

— Кар! Он задрал подол моего платья!

Я сделала глубокий вдох.

— Женские романы, что ли?

Йомен кивнул.

— Изумительно, — отозвалась я. — Как его зовут?

— Один.

— Ну конечно. Один, ешь изюм.

— Кар! Его горячие губы завладели моими. Никогда!

— «Развращённая капитаном», — пояснил мужчина. — Ужасная книга.

— Ш-ш-ш-ш, — я показала на одного из воронов, который сидел на насесте. Его тело обмякало. Внезапно оно рухнуло на пол без сознания. Я протяжно выдохнула. Надеюсь, он спит, а не умер от передозировки. Я наполнила каждую изюминку капелькой транквилизатора, но я не знала точно, сколько нужно, чтобы вырубить ворона.

— Кар! Никогда, Богиня!

Это казалось зловещим предзнаменованием, но я отбросила свои сомнения. Вороны потихоньку, один за другим падали на землю, пока не остался лишь Один.

— Ладно, йомен, пожалуйста, открой двери и передай мне спящих воронов.

— Конечно, Мать Ужаса. Я рад служить...

Отпирая двери клеток, он тихо бормотал себе под нос. Я сняла рюкзак со спины и открыла молнию. Йомен бережно передавал мне воронов одного за другим. Наконец, йомен передал мне Одина.

— Ты мне тоже нужен, — сказала я.

— Кар! Снимай платье!

— Не сейчас, Один. Пошли, — я попыталась схватить его, но он отпрыгнул, сердито раскаркавшись.

— Позволь мне, Прославленная, — мужчина схватил Одина и аккуратно зажал под рукой.

— Ладно, — мой живот скрутило. — Слушай. Мой божий приказ таков — ты никому не расскажешь об этой ночи и будешь жить дальше, словно ничего не случилось.

— Я хочу почитать тебя. Я могу молиться утром и ночью...

— Нет необходимости, правда, — я чувствовала себя так, будто передаю ему какую-то мудрость. — Просто веди себя хорошо с другими людьми и постарайся не быть засранцем.

— Мне стоит ежегодно поститься на протяжении месяца?

— Нет, серьёзно, ужасная идея. Просто относись к людям хорошо, ладно?

— Могу я хотя бы получить один день в год, чтобы почитать твоё величественное присутствие?

— Конечно, — сдалась я. — И в этот день ты будешь есть, пить и веселиться.

— Спасибо, Богиня Ужаса.

— Пожалуйста, проводи меня к воротам. И помни... ни слова никому, ладно?

9 Йомены гвардии — телохранители английского короля (или королевы), учреждённые Генрихом VII; старейший из придворных военных корпусов.

10 Вся эта сцена — сплошная отсылка к стихотворению Эдгара По «Ворон». Прямо начиная с «Каркнул Ворон: Никогда!».

Глава 22

— Никогда, Богиня. Кар!

Мои глаза открылись, и я моргнула, пытаясь понять, где я, кто я, и кто со мной разговаривает. Пока я тёрла глаза, события прошлой ночи врезались в мой разум. Я глянула на время — одиннадцать утра. Я никогда не спала так долго. Запаниковав, я скатилась с кровати и проверила воронов. Все, кроме Одина, по-прежнему спали в углу комнаты.

Они выглядели нормально. Их груди медленно поднимались и опадали, и я чувствовала на их шеях пульс.

Я облегчённо выдохнула. Как только Скарлетт благополучно вернётся домой, я верну воронов в Тауэр. Интересно, йомен всё ещё будет хотеть почитать меня, или эта ситуация была временной?

Один наблюдал за мной со своего местечка на подоконнике. Такое ощущение, будто его взгляд меня в чём-то обвинял.

— Доброе утро, Один, — сонно сказала я.

Он перепрыгнул с лапки на лапку.

— Кар! Думаю, это был его глаз. Да, дело в этом. Кар!

— Полегче, По, — пробормотала я, натягивая чёрную футболку и свободную хлопковую юбку. Я нашла пульт и включила телевизор, переключая каналы, пока не попала на новости. Репортёр-блондинка стояла прямо возле станции Ливерпуль-стрит.

— Зарегистрировано 87 случаев влияния на лондонцев этой... мышечной проблемы. Этой мании. Мы не знаем, как это назвать. Нам пока неизвестна причина. Как я и говорила ранее, мы не знаем, вызвано ли это химическим оружием, но полиция подозревает терроризм, и людей просят оставаться дома. Сообщается о тринадцати людях в критически тяжёлом состоянии. Мы также получаем множество сообщений о затоплении берегов Темзы. Три человека утонули, семеро пропали, но как я и говорила, власти...