Я невольно улыбнулась счастью, которое появилось в моей жизни после встречи со Златой.

***

Что может быть больнее: горечь от утраты или разочарование от несовершенных поступков? Глядя на одно и то же событие, можно рассуждать по-разному, долго раздумывать и сопоставлять. Это будет происходить до тех пор, пока не наступит жестокое понимание, что ответ уже не важен. Ведь упущенное время для действия вернуть невозможно.

Именно признание этого и придает самую сильную боль.

Я смахивала стекающие по щекам слезы и презирала себя за слабость. Моя рука с кисточкой умело творила над холстом, почти не осмысленно, но одухотворенно.

Я дышала им. Я творила его. Я страдала из-за него. Я рисовала Себастьяна.

Взмах один, второй, третий, сто двадцать шестой… И на меня уже смотрели суровые глаза цвета расплавленного золота. Его сдвинутые брови создавали складочку над переносицей, а ямочка на подбородке делала уникальным.

Я не могла изгнать его из своих мыслей. Он вошел в мою жизнь и остался там, словно обрел свое положенное место. Место в моем сердце.

Всхлипывая и утирая слезы рукавом синего свитшота, я сделала пару шагов назад, чтобы взглянуть на доказательство трехчасового помешательства Себастьяном. На его очередной портрет.

Черный смокинг, руки в карманах, голова чуть вздернута, и надменный взгляд взирает на зрителя. Он смотрит оценивающе и властно. Он — владыка своей жизни, которая задевает другие судьбы.

Дверной звонок нарушил мои тягостные раздумья.

Я взглянула на часы. Десять вечера.

Не иначе как Николас принес мне обещанный конспект. Но почему он не воспользовался мобильным?..

Звонок, оповещающий о приходе гостя, повторился и на этот раз затянулся. Я спрятала законченный портрет Эскаланта, накрыв черной тканью. На ходу посмотрела на свое отражение в зеркале и, убедившись, что выгляжу не сильно заплаканной, я быстро пошла к двери.

— Николас, я слышала с первого раза… — начала я, но тут же застыла, увидев перед собой совсем не однокурсника.

— Николас?! — скривившись, пробормотал Себастьян Эскалант, отнимая руку от звонка и опираясь на дверной косяк. — Так дерьмово меня еще не называли!

— Что… что ты здесь делаешь?! — ошеломленно выдохнула я, наполовину уверенная, что это мое воспаленное воображение.

— Пришел поговорить! — прорычал он. — Но, оказывается, срываю твое свидание с этим чертовым милахой!

— Ты пьян? — я всматривалась в его подозрительно поблескивающие глаза, ослабленный галстук и расстегнутый смокинг.

— Слегка, — приуменьшил он и попытался открыть дверь шире, чтобы попасть внутрь.

О, только не это! Пьяный Себастьян Эскалант наедине со мной?! Подавляя внутреннее возбуждение, я резко захлопнула дверь, но что-то не дало ей закрыться.

— Твою мать! — вскрикнул он, и я поняла, что ударила его по пальцам со всей силы. — Как же больно-то!..

Только бы не сломала! Я испуганно распахнула дверь, и он, пользуясь моим раскаяньем, проник в квартиру.

— Себастьян! — закричала я, глядя на то, как он держит ушибленную руку и прислоняется спиной к закрытой двери. — Немедленно уходи!

— Эй, ты мне пальцы сломала, а теперь еще и выставить хочешь? — довольно ухмылялся он, что весьма противоречило сказанной фразе.

— В таком случае тебе нужно в больницу! — меня начинал охватывать страх, смешанный с сочувствием от причиненной боли Себастьяну.

— Зачем? Чтобы ты встретилась с этим малолетним неудачником? — он угрожающе двинулся в мою сторону с грацией опасного хищника.

Я изумленно смотрела на него и даже не пыталась унять дрожь от дикого прилива адреналина в кровь. Лихорадочно обдумывая план спасения, я отступала назад.

Это что же получается? Я наедине с нетрезвым Себастьяном, ночью, в съемной квартире?! И откуда же мне ждать помощи?!

— Ты ушла, чтобы встретиться с этим Миком?! — горящие глаза Эскаланта выражали силу их владельца.

— Н-нет, — я обогнула диван, так чтобы он оказался между нами. — Я ушла потому, что у меня есть работа и домашнее задание на завтра.

Почему я оправдываюсь? Ответ лежал на поверхности омута моего сознания. Вернее, его олицетворял ценитель крепких напитков, который угрожающе нависал надо мной. Спорить с этим мужчиной даже на трезвую голову очень и очень опасно.

— И его зовут Николас, — успокаивающе продолжала я. — Он должен принести конспект лекции, который одолжил на прошлой неделе. У меня завтра экзамен и…