— Спасибо, — сказала я, улыбаясь, когда она протянула руку, чтобы дотронуться до них, и в итоге сильно дернула. Мне они тоже начали по-настоящему нравиться.

Но точно так же, как я должна была стереть Мэйси, чтобы стать Мейз, я решила, что мне придется стереть Мейз, чтобы стать… кем-то еще, мне нужно было ей стать на следующей остановке.

— Эй, дамы, — позвал один из парней из группы, и я почувствовала, как резко выпрямляюсь, стряхивая с себя меланхолию, которая неуклонно нарастала.

— Не смотри, — твердо предупредила женщина, покачивая беспокойного сына на коленях. — Лучше не обращать на них внимания. Они сдадутся и перейдут к другой жертве.

— Парни могут быть такими придурками, — сообщила мне маленькая девочка со всей серьезностью, на какую только способен четырехлетний ребенок.

— Шейна! — рявкнула ее мать, но без особого энтузиазма.

— Знаешь, что? — сказала я Шейне, наклоняясь.

— Что?

— Это верно для многих из них, но некоторые могут быть действительно хорошими.

— Те, которые не дергают тебя за волосы, — заключила она, властно кивнув, прежде чем вернуться к матери, чтобы украсть ее телефон и потребовать, чтобы она включила «книжку-раскраску».

Ее мать посмотрела на меня с хитрой улыбкой и пожала плечами. — Иногда даже те, кто дергает тебя за волосы, тоже могут быть хорошими, — добавила она, подмигнув, и я почувствовала, что улыбаюсь, несмотря на то, что внутри у меня все оборвалось.

Я добралась до станции в Филадельфии еще через полтора часа, гуляя с Шейлой, Шейной и Рэем, пока мы не убедились, что группа уродов давно ушла. Она улыбнулась мне. Шейна помахала мне рукой. Рэй ничего мне не сказал, потому что в конце концов уснул на плече матери.

Я сунула руку в ботинок, отодвинула вкладыш в сторону и потянулась за спрятанным ключом, когда я подошла к своему шкафчику. С несколько подавленным вздохом я открыла шкафчик и вытащила свою сумку, взяв ее на главную станцию, где я могла найти розетку, чтобы посидеть и зарядить свой телефон на некоторое время, чтобы я могла позвонить Кею.

Порывшись в содержимом сумки, я вытащила толстовку и надела ее, натянув капюшон на волосы. На самом деле внутри было не так уж много. И, конечно, ничего личного. Черт возьми, я даже не выбрала себе одежду. Это был все Кей, или тот, кому Кей поручал такие работы. Я съела батончик и аккуратно засунула деньги Рейна в ботинок на дне сумки. Я планировала отправить это ему, когда где-нибудь устроюсь. Кей опустошил мой банковский счет, когда я пришла к нему, и деньги были переведены на другой защищенный счет, к которому я могла получить доступ в любое время и в любом месте.

Мне не нужны были деньги Рейна. И, более того, я действительно не хотела, чтобы кто-нибудь из них подумал, что я украла у них и сбежала из города. Почему, я была уверена, что больше никогда никого из них не увижу. Но это имело смысл. Наверное, потому, что за время, проведенное с ними, я научилась уважать и даже любить их всех по отдельности.

Временами Рейну было трудно нравиться, он казался холодным и отстраненным. Но я объяснила это тем, что ему нужно было держаться на определенном расстоянии от своих людей, чтобы они видели в нем не равного, а лидера. Кэша, ну, невозможно было не любить. Он был милым, часто забавным и до смешного влюбленным в свою женщину, точно так же, как его брат был влюблен в свою жену. А Волк был тем, с кем я проводила меньше всего времени. И когда я это делала, ну, я разговаривала большую часть беседы. Но он был уравновешенным, твердым человеком, на которого нельзя было не думать, что ты можешь опереться в любое время, когда тебе нужно, и он никогда не отмахнется от тебя.

Но я пойду дальше.

Со мной все будет в порядке.

Я надеюсь.

Я пять раз звонила в офис Кею, чтобы услышать автоответчик. У меня были строгие инструкции не оставлять сообщений. Вздохнув, я отключила телефон и вышла на улицу: темную, незнакомую и, следовательно, страшную. Я поймала такси и попросила отвезти меня в отель. Я сняла комнату под временным псевдонимом Дейзи, потому что, опять же, это было близко к моему настоящему имени, поэтому мой ответ не требовал практики.

Отель Крэнфорд был на ступень выше того отеля спи-и-трахайся, в котором я жила, когда впервые исследовала побережье Навесинк, но ненамного. Коричневые обои и шторы действительно соответствовали отвратительному черно-коричневому одеялу, но обои местами облупились, а на занавесках были дыры от моли, и одеяло выглядело так, как будто оно слишком долго не видело настоящей тщательной чистки. Сняв его с кровати, я осмотрела простыни, которые выглядели и, более того, пахли так, как будто они были в стиральной машине в недавнем прошлом. Ванна и туалет находились в отдельной маленькой комнате с потертой плиткой и плохим освещением, а настоящая раковина и туалетный столик находились в главной комнате сразу за дверью в коридор.

В нем не было ничего особенного, но он был относительно чистым, и во время осмотра я не обнаружила никакой грязи.

Я потянулась к телефону и набрала номер Кея, но он не ответил. Звонок направился прямо на автоответчик, звук голоса робота вызвал у меня озноб. Кей всегда отвечал, всегда. Должно быть, он получил мое сообщение от своего секретаря раньше. Если только она тоже не смогла связаться с ним. Что, если Виктор или Руслан нашли его? Узнали о том, что он меня прячет? Это было абсолютно возможно. И хотя я писала ему каждый день в соответствии с нашим соглашением, я не получала ответов. Я и не ждала. Я разговаривала с ним устно только через день. Я разговаривала с ним накануне вечером. За это время могло произойти все, что угодно. Если Виктор и Руслан доберутся до него и…