– Здорово! Почему же нам суждено погибнуть? Какая-нибудь комета несется на Землю?

– Постой, Натка, тут дело нешуточное. Вчера папа показал мне результаты одного опыта с собаками, из которого следует, что в сравнительно недалеком будущем люди избавятся от старости и жизнь их станет необычайно долголетней: будут жить лет до трехсот.

– Трехсот?
– темные глаза Наташи расширились в радостном изумлении.

– Да, да! Но ты представляешь, что произойдет тогда? Людям не хватит ни места, ни пищи на земном шаре. Пожалуй, действительно придется отказаться от долголетия?
– добавила Анна, вопросительно глядя на отца, - Или...

– О, нет! От этого люди никогда не откажутся. А что "или"?..

Ну, смелей!
– Или... ограничить деторождение?
– сказала робко Анна.

– Наконец-то! Самый простой выход из положения! Но почему, скажи, пожалуйста, он предложен так нерешительно, чуть ли не со страхом?

Анна смущенно улыбнулась.

– Что-то... похоже на мальтузианство.

– Так я и знал, - огорченно произнес Ридан.
– Ах, Анка... откуда у тебя этот догматизм! Ну вот представь себе, что эра долголетия уже наступила, болезней нет, смертность ничтожна, люди живут по несколько столетий. При таких условиях население нашей страны через пять-шесть десятков лет достигнет размеров всего теперешнего населения земного шара! Катастрофа станет уже вполне реальной. И что же, по-твоему, мы и тогда будем брать налог с холостяков и "малодетных" родителей?! Нет, конечно, будем ограничивать деторождение, и, так же, как и сейчас, - отрицать войны, голод, эпидемии, - все те человеконенавистнические способы сокращения трудового населения, которые поддерживают и одобряют мальтузианцы. Впрочем, возможно, что нам и не придется ограничивать рост населения, потому что раньше откроется другой выход, естественный, закономерный...

– Какой же?

– Ищите!

Девушки молча смотрели друг на друга, а Ридан теперь с интересом следил за Наташей. Он знал ее ум - быстрый, находчивый, склонный к практическим, конкретным представлениям. Как она выйдет из положения?

– Знаю!
– воскликнула она вдруг, решительно тряхнув головой. Вспомнила. Все это уже давно предусмотрено, а ведь вот сразу не приходит в голову.

Она быстро подошла к большой книжной полке Ридана, отыскала там какую-то книгу и, перелистав ее, нашла нужное место.

– Вот слушайте... "Человечество не останется вечно на Земле, но в погоне за светом и пространством сначала робко проникнет за пределы атмосферы, а затем завоюет себе все околосолнечное пространство". Это Циолковский. Я как раз недавно читала эту книгу, и мне особенно запомнилась его мысль о расселении человечества в мировом пространстве.

– Правильно, Ната! Молодец. Это и есть выход. Выход во вселенную! А ведь она беспредельна, друзья мои, и никакого долголетия, даже бессмертия не хватит, чтобы заселить ее. Ну, больше противоречий нет?

– Нет, - ответила Анна.
– Все ясно, и все совершенно замечательно. Я тебе завтра расскажу, Натка А теперь иди мойся с дороги и пойдём в столовую, будем ужинать и слушать последнюю часть доклада.

Аудитория Ридана увеличилась вдвое, стала шумной и оживленной. Наташа, быстро рассказав о своем пребывании в деревне, задала Ридану "деловой" вопрос:

– Константин Александрович, а когда это долголетие наступит?

Ридан сначала улыбнулся, потом стал озабоченным.

– Это зависит от физиков, - со вздохом ответил он.

– При чем же тут физики?

– Они должны создать технические средства, без которых практическое решение этой проблемы отодвигается в неопределенно далекое будущее.

– Какие средства?

– Вот этому-то вопросу и будет посвящена вторая, основная часть моего доклада. Главного я еще не сказал. Теперь мне придется повторить основные выводы из вчерашней беседы, чтобы ты была в курсе дела.

Итак, наши научные изыскания в последние годы окончательно выяснили, что всякий болезненный процесс в организме есть отражение какого-то другого, невидимого процесса, происходящего в нервном аппарате. И всякую болезнь можно прекратить, действуя определенным образом на нервы. Средства, которыми до сих пор пользовалась медицина, были успешны в той мере, в какой они приводили к необходимому сдвигу в нервной системе. Но еще никогда эти средства не были сознательно ориентированы на нервную систему.

Сейчас впервые мы встали на правильный путь и уже нашли некоторые приемы, которыми успешно лечим. Но эти приемы еще не совершенны. Вот пример: из одиннадцати больных тропической малярией, которых мы лечили "массажем" спинного мозга, один остался невылеченным. Это значит, что наш прием не радикален. Но то, что десять поправились, говорит, что путь верен. И вот наша наука пошла по нему снова эмпирически, ибо самая природа нервных процессов все еще остается загадкой. Что происходит в нервах, неизвестно. Поэтому: как действовать на нервы, куда действовать, чем, когда, сколько действовать - все это надо находить опытами, пробовать, словом, двигаться ощупью, вслепую.

Но есть другой путь. Надо овладеть мозгом. Мозг - это тот главный штаб, или, лучше, распределительный щит, в котором сосредоточены нити управления всеми без исключения функциями организма. А чтобы овладеть мозгом, нужно знать, в чем состоит деятельность этого таинственного органа, какова природа процессов, именуемых "раздражением" или "возбуждением" и протекающих в мозгу и в нервах.

Электричество уже давно, еще со времен Гальвани, то есть с восемнадцатого века, стучится в двери физиологии, но физика имеет свою историю, и только сейчас она начинает доходить до тех электрических процессов, которые протекают в организме животных.